27.07.2011 15130

Культура, религия, преступность: грани взаимодействия (статья)

 

Начиная свой знаменитый курс лекций по русскому уголовному праву, Н.С. Таганцев писал: «Жизнь всех народов свидетельствует нам, что всегда и везде совершались и совершаются деяния, по разным основаниям не только признаваемые недозволенными, но и вызывающие известные меры общества или государства, направленные против лиц, их учинивших, - деяния, признаваемые преступными; что всегда и везде существовали лица, более или менее упорно не подчиняющиеся требованиям правового порядка, велениям власти, его охраняющей».

И в настоящее время человечество, имея более глубокие познания о природе общественных явлений и обладая мощными практическими средствами, вынуждено признать тот факт, что борьба с преступностью не привела к ее уничтожению. Оно даже пришло к выводу, что уничтожить ее невозможно.

Преступность - основной объект криминологического изучения. Все криминологические исследования направлены на выработку оптимальных решений по предупреждению преступлений и на достижение главной цели - оказания разрушающего воздействия на это общественно опасное явление.

Несмотря на то, что первые попытки определить сущность понятия «преступность» производились задолго до появления криминологической науки, до настоящего момента так и не создано единого четкого и ясного определения данного феномена. В целом отечественные и западные криминологи подходят к пониманию преступности с правовой, социальной, антропологической, психологической, биологической, теологической точек зрения. При определении понятия преступности авторы, как правило, сочетают логические элементы, описывающие сущность понятия с точки зрения характера его проявления, системы понятия и характеристики входящих в его состав элементов, социальной, социально-психологической, правовой и научной сущности преступности. В силу этого существует множество дефиниций данного явления: «общественное явление, выражающееся в социально обусловленном отклонении поведения отдельных членов общества от норм, установленных законодательством», «массовое социальное явление, приносящее вред», и «способ достижения социальных благ и власти». И.И. Карпец в своей работе приводит десятки определений преступности, данных в разное время различными учеными.

Ранее в отечественной криминологии в определение преступности вкладывался идеологический смысл, и преступность рассматривалась как «относительно массовое, исторически изменчивое социальное, имеющее уголовно-правовой характер явление классового общества» или «классово -обусловленное явление». В настоящее время необходимость вкладывать в определение преступности классовый признак отпала. Наиболее распространено понимание данного явления как некой совокупности всех конкретных преступлений, совершенных в определенный период времени в данном обществе или регионе. Такое определение преступности разделяют многие отечественные и зарубежные криминологи. Однако такое определение носит формальный характер, отражая лишь нормативную сторону преступности, и не вскрывает сущности этого общественного явления. Нельзя представлять преступность лишь как арифметическую сумму отдельных преступлений.

Споры в криминологии велись и ведутся и относительно вопроса о том, что представляет собой преступность - явление, процесс, простую совокупность или систему преступлений. Одни понимают ее как «отрицательное социально-правовое явление, существующее в человеческом обществе, имеющее свои закономерности, количественные и качественные характеристики, влекущее негативные для общества и людей последствия и требующее специфических государственных и общественных мер контроля за ней». Другие говорят о преступности как системе преступлений, совершенных в соответствующем государстве (регионе) за тот или иной период времени, третьи видят ее как «массовое нарушение вменяемыми лицами уголовно-правовых запретов», четвертые - как патологическое поражение общества, выражающееся в отступлении части ее членов от общепринятых, закрепленных в уголовном законе норм поведения. Есть мнение, что преступность - это «негативное свойство общества воспроизводить массу опасных для него самого деяний, обусловливающее введение уголовно-правовых запретов, поддающееся количественной интерпретации и предопределяющее введение уголовно-правовых запретов».

Обобщая же все известные дефиниции, можно сделать вывод, что преступность - это массовое, негативное, исторически изменчивое социальное и уголовно-правовое явление, представляющее собой совокупность преступлений, совершенных в соответствующем государстве за тот ли иной период времени.

Преступность и ее количественные и качественные характеристики меняются на протяжении времени. Состояние преступности неодинаково в разных социально-экономических формациях. Ее уровень и структура изменяются и на отдельных этапах развития определенной формации в зависимости от содержания и тенденций, причин и условий преступлений, а также от определения государствами круга деяний, объявляемых преступными. Изменчивость преступности четко отражается в истории уголовного законодательства.

Преступность - не просто статистическое множество преступлений, а именно - явление. И, как всякое явление, оно закономерно, взаимодействует с другими социальными явлениями - экономикой, политикой, идеологией, психологией общества и социальных общностей, управлением, правом и т.д. Интенсивность и характер преступности определяются противоречиями взаимодействующих социальных процессов и явлений как криминогенного, так и антикриминогенного характера.

Также преступность - уголовно-правовое явление. Понятие преступления - базового элемента понятия «преступность» - дается в уголовном праве. Преступления - деяния не только общественно опасные, но и обязательно уголовно-противоправные, т.е. запрещенные уголовным законом под страхом наказания, деяния. Не существует «собственно криминологических» понятий преступности и ее подсистем. Все они жестко запрограммированы их уголовно-правовой оценкой.

Однако преступность - явление не только уголовно-правовое, но и социальное. Социальный (от латинского socialis) - означает общественный; связанный с жизнью и отношениями людей в обществе. Она социальна потому, что ее субъекты, как и лица, на интересы и отношения которых осуществляются посягательства, - члены общества. Не случайно отмечается, что преступность - это массовое решение людьми своих проблем с нарушением закона. Социальный характер преступности проявляется в том, что она пронизывает различные сферы общества, разные общественные отношения. История человеческого общества показывает, что преступность увеличивалась или уменьшалась в зависимости от экономического, политического, социального, духовного состояния общества. Поэтому в криминологическом исследовании при анализе преступности, ее причин и условий традиционно выделяют следующие основные сферы жизнедеятельности: экономическую, социальную, политическую и духовную.

За очень короткое время наша страна переместилась из одного исторического периода в другой, что проявилось в следующем:

- исчезло единое великое государство, определявшее во многом в последние столетия геополитическую картину мира;

- радикально изменилось государственное устройство, институты власти и ее атрибуты, наметился бурный процесс государственного строительства, формирование нового правопорядка;

- разрушены прежняя политическая система, государственная идеология.

- но главное - ослаблен духовный потенциал нации, та основа, на которой издревле покоилась мощь нации и государства.

В стране образовался идеологический вакуум, так как исчезла система приоритетов и ценностей, которую пытаются заменить иными ценностями, в том числе религиозными и псевдорелигиозными.

В связи с проблемой проводимого исследования, особый интерес для нас представляет взаимосвязь духовность-культура-религия-преступность, которая имеет действительно логическую взаимосвязь. Однако здесь требуется конкретизация слова «духовность». Духовность - это очень сложное и многоплановое явление. СИ. Ожегов определяет духовность как «свойство души, состоящее в преобладании духовных, нравственных и интеллектуальных интересов над материальными». Другие авторы считают, что «духовность -это духовная, интеллектуальная природа, сущность человека, противополагаемая его физической, телесной сущности; богатство духовного мира человека, высокий уровень нравственных, интеллектуальных потребностей, норм».

Духовность как философская категория имеет глубокие корни в истории цивилизованного человечества. По античной традиции духовность отождествлялась с умом, благородством, достоинством, свободой. Именно духовность придает нравственному облику человека, его поступкам и действиям определенную логику, системность, целесообразность, предсказуемость и, в конечном счете, - самодостаточность.

В философии понятие духовности содержит различные грани: она и способ единения людей, в том числе и в профессии; это и настроение и порыв; это и выбор между возможным и действительным, между средством и целью: это и ощущения уверенности и правоты; это и внутренний мотив; это и предчувствие нового; это и чувство времени, это и выражение индивидуальности, проще говоря - это самосознание личности, которое обеспечивает ее самодостаточность.

Русская православная церковь считает, что духовность - понятие чисто религиозное и вне христианского мировоззрения не применимо. «Духовность -это выполнение конкретных евангельских заповедей: накормить, напоить, согреть, утешить. Духовность - это связь всех людей посредством Христовой жертвенной любви, это условие бытия человеческого общежития, то есть условие существования самого общества как такового».

Однако из всех многочисленных определений, на наш взгляд, наиболее точно раскрывает содержание данного явления позиция авторов, которые определяют духовность как «общественное и индивидуальное сознание, сознание научное и обыденное, мировоззрение и мироощущение, научные знания и иллюзии, религиозные и эстетические взгляды, этнические и юридические нормы, а также сознание классов и социальных групп, самосознание классов и наций (народностей), идеологию и социальную психологию».

Подсистемами духовной сферы выступают наука, искусство, идеология, культура, образование и воспитание. От состояния духовности, в конечном счете, зависит поведение человека, отнесение его поведения к категории благого или злого. И определяющую роль в развитии духовности играет господствующая в этом обществе культура. Социальные нормы, регулирующие поведение людей, являются неотъемлемым элементом культуры и теснейшим образом связаны с ценностями, идеалами, символами, верованиями. Характер преступности отдельной страны или близких ей по духу стран удивительным образом корреспондирует не только с характером права, но и с характером религии, духовной ориентации сознания, с акцентированными чертами национальной психики, которые проглядываются за привычными социальными факторами современной жизни. В этой связи вполне обоснованно может быть рассмотрена гипотеза о культурно-историческом типе преступности, т.е. о такой ее характеристике, которая обусловлена комплексом духовных и социальных факторов, включающих верования, духовное наследие, особенности национальной психики, а также характеристики современного состояния общества.

В последние годы средства массовой информации все чаще говорят о криминализации российской культуры. Рост преступности обусловливает формирование у людей негативных культурных установок, которые, в свою очередь, оказывают обратное воздействие на преступность, вызывая дальнейшее повышение ее уровня. Что же представляют собой криминальные проявления, затрагивающие сферу культуры? С некоторой долей условности можно определить их как явления культурной деятельности людей, прямо или косвенно способствующие криминализации общества, росту преступности и требующие реагирования со стороны государства. Криминальные проявления в культуре можно классифицировать в зависимости от конкретной области их действия. На этом основании выделяются криминальные проявления: в сфере религии; в искусстве; в средствах массовой информации; в правосознании и правовой культуре (правовой нигилизм).

Сегодня наиболее актуален вопрос: возможно ли оказать влияние на преступность, воздействуя на культуру? Для ответа на этот вопрос, на наш взгляд, прежде всего необходимо провести анализ данного понятия.

Термин «культура» имеет латинское происхождение: cultura - возделывание, обработка земли. Впервые в литературе слово «культура» как теоретический термин встречается в работе римского оратора и философа Марка Тулия Цицерона «Тускуланские беседы». Он был первым, кто употребил это слово в значении обработки и совершенствования души. В истории человечества учеными культура понималась и определялась по-разному. Это и «совокупность материальных и духовных ценностей, созданных человеческим обществом и характеризующих определенный уровень развития общества», и «исторически определенный уровень развития общества, творческих сил и способностей человека, выраженный в типах и формах организации жизни и деятельности людей». Этим термином обозначались продукты духовной деятельности людей - произведения искусства, литературы, философские сочинения, нравы, верования и т.д. Культура интерпретируется и как «способ полагания смысла человеческого бытия: в ней предпринимается попытка вскрыть и утвердить смысл человеческой жизни в соотнесении его со смыслом сущего».

Понятие культуры С.И. Ожегов определял следующим образом: «Культура - это совокупность достижений человечества в производственном, общественном и умственном отношении».

Социологи дают следующее определение культуры: «Культура представляет собой систему социально приобретенных и транслируемых от поколения к поколению значимых символов, идей, ценностей, верований, традиций, норм и правил поведения, посредством которых люди организуют свою жизнедеятельность». Иными словами, культура посредством языка и системы знаний определяет человеку способ видения и познавания мира. Отсюда многочисленные различия между странами, народами, нациями, которые сводятся, в основном, к различиям в культурных значениях, выражающихся в существующем языке, традициях и обычаях поведения, особенностях образа жизни и быта людей и пр.

Понятие «культура» относится к числу фундаментальных и в современном обществознании. Трудно назвать другое слово, которое имело бы такое множество смысловых оттенков. Американские культурологи А. Кребер и К. Клакхон в их совместном исследовании, посвященном определениям культуры, отметили огромный и всевозрастающий интерес к этому понятию. Так, если, по их подсчетам, с 1871 г. по 1919 г. было дано семь определений культуры (первое, как они считают, принадлежит выдающемуся английскому этнографу Э. Тайлору), то с 1920 г. по 1950 г. у различных авторов они насчитывали 157 определений данного понятия. В настоящее время число дефиниций измеряется уже четырехзначными цифрами.

Чем можно объяснить такое многообразие трактовок? На наш взгляд, это связано, прежде всего, с тем, что культура - понятие многообразное и выражает разные стороны человеческого бытия. В той мере, в какой неисчерпаем и разнолик человек, общество, многогранна и культура.

Философы исследуют духовную сторону культуры, ее взаимосвязь с творчеством человека, деятельностью различных социальных групп, характер взаимосвязи различных культурных форм - науки, религии, морали и др. Социологи же рассматривают культуру в том ее аспекте, который непосредственно связан с регуляцией поведения человека, социальных групп, функционированием и развитием общества в целом. При этом на первый план выдвигается ценностно-нормативное содержание культуры.

И сама культура, как составляющая духовной жизни общества, может играть как позитивную, так и деструктивную роль, и даже становиться криминогенным фактором в жизни общества. Все это делает актуальным анализ как антикриминогенного, так и криминогенного потенциала культуры.

Как отмечают ученые, типичные структуры потребностей и типичные способы их удовлетворения образуют стандарты поведения, которые могут быть оценены с точки зрения наличия и величины криминогенного потенциала.

Каковы же грани взаимодействия преступности и культуры? По мнению СМ. Иншакова, культура, во-первых, формирует социальную иерархию потребностей. В одних культурных системах в ранг социально одобряемых возведены духовные потребности, реализация которых связана с религиозной или научной деятельностью, в других - материальные. Например, в христианской культуре чревоугодие - грех. В большинстве же нерелигиозных культур обильный обед в дорогом ресторане - символ престижа, социальной значимости, объект особой гордости. Потребности в спиртном или наркотиках отрицаются исламской культурой (в Саудовской Аравии за употребление спиртного шариатский суд может приговорить человека к двумстам ударам палками; употребление наркотиков в Иране карается смертью). В криминальной субкультуре удовлетворение этих потребностей престижно. Стандарты социальной иерархии потребностей, характерные для тех или иных культур, оказывают значительное влияние на преступность: ее масштабы, структуру, характер.

Во-вторых, считает автор, культура определяет и способы удовлетворения этих потребностей. Отдельные культуры отрицают насилие вообще. В криминальных субкультурах любая форма насилия может возводиться в ранг заслуг. В православной христианской культуре бедность всегда вызывала сочувствие, а богатство изначально считалось порочным. Для христианского протестантизма (идеологической основы капитализма) богатство - символ близости к богу: чем более человек угоден высшему разуму, тем в большей мере бог способствует финансовому успеху.

Древние германцы убивали сородичей с извращенными нравами, а в Древнем Риме гомосексуализм постепенно утвердился в качестве нормального аспекта половой жизни. Сегодня православное христианство признает гомосексуализм отрицанием бога, а священники-протестанты освящают браки между лицами одного пола.

Как отмечает СМ. Иншаков, классификация культур на духовные и материальные является в настоящее время устоявшейся. В любой культуре оба эти подвида органически уживаются. Однако удельный вес каждого из рассматриваемых элементов различный. Культуры, ориентированные главным образом на материальное потребление, имеют значительно больший криминогенный потенциал, нежели их духовный антипод. Богатство в таких культурах является идеалом криминальных типов, а стремление к нему - повод абсолютного большинства корыстных и корыстно-насильственных преступлений. Материальное же пресыщение в сочетании с бездуховностью, как правило, вызывает нравственный кризис, который может выразиться в дисбалансе механизмов сдерживания и самоконтроля, развитии алкоголизма и наркомании.

В этой связи уместно привести высказывание философа Э.А. Позднякова. Он пишет, что «большая сегментарность американского общества с соответствующим ей бесконечным числом погранситуаций, болезненное отношение ко всему, что может ограничить личную свободу, создает чрезвычайно благоприятные условия для развития преступности. Закон не в состоянии сдерживать и контролировать ее. Непал в этом отношении являет собой пример противоположного состояния вещей. Он принадлежит к немногим странам мира, сумевшим в нынешних условиях сохранить в своей основе традиционную культуру с сильным влиянием старинных обычаев. Поэтому и преступность в нем мала».

Изменения в культурной сфере неминуемо оказывают воздействие на преступность. В свою очередь, изменения преступности всегда, так или иначе, связаны с культурными процессами. Трансформация культуры происходит главным образом за счет изменения способов удовлетворения потребностей. В основном, изменение иерархии потребностей происходит под влиянием идеологии и религии.

Религия представляет собой одну из областей универсума культуры. Существует мнение, согласно которому «вся мировая культура берет свое начало от культа, являющегося, в свою очередь, составной частью религии». Для обоснования происхождения культуры от культа (следовательно, от религии) обычно приводится этимологический аргумент: когда-то слова и понятия «культ» и «культура» были нераздельны, а слово «культ» происходит от латинского слова cultus - почитание. Природа культа, его связь с феноменом культуры рассматриваются также в концепции Н.А. Бердяева. По его мнению, культура в свой органический период была связана с жизнью религиозной. Так было в великих древних культурах, в культуре греческой, в культуре средневековья, в культуре раннего Возрождения. Культура имеет религиозные основы. Об этом, по мнению Н.А. Бердяева, свидетельствуют не только теология, но и современное научное знание. «Другой фактор, свидетельствующий о близости культуры и религии», как считал Н.А. Бердяев, - «символический характер самой культуры. Свой символизм культура получила от культовой символики. Духовное содержание культуры выражено не реалистически, а символически. Все достижения культуры по своей природе символичны. В ней даны не последние достижения бытия, а лишь символические его знаки. Такова же и природа культа, которая есть прообраз осуществленных божественных тайн».

Имеется и другая точка зрения, которая представляется более обоснованной. Исторически первым типом культуры был первобытно-синкретический тип, а его духовную область образовывала мифология. Он включал знания, умения, нормы, образцы, верования, ритуалы, орнамент, песне-пляску и пр. В ходе дифференциации этого типа вычленяются различные сферы духовной культуры - искусство, религия, философия, мораль. Складывается универсум духовной культуры, области которого образуют единство и целостность, взаимно влияют друг на друга. И религия представляет собой одну из областей духовной культуры. При таком понимании религия и культура не отделяются и не отрываются друг от друга, первая не выносится за пределы последней, не лишается тех качеств, которые присущи ей как феномену культуры. С другой стороны, универсум культуры не остается без религии, сохраняет ее в себе, не суживая своего содержания и пространства. Роль религии в культуре, как и роль науки, искусства и других форм духовной жизни, имеет как положительные, так и отрицательные моменты. Существуют позиции, абсолютизирующие только положительную роль религии либо приходящие к ее полному отрицанию. Чтобы преодолеть эти крайности, надо хорошо представлять себе место религии в культуре. Следует различать религию, во-первых, как определенное сущностное отношение человека к миру, во-вторых, как социальный институт и, в-третьих, как определенные конфессиональные интерпретации религиозного отношения к действительности и соответствующие им особенности социальной организации религии.

Отправной точкой изучения религии должно быть правильное понимание и толкование самого термина «религия», определение его смыслового содержания. Правильная дефиниция религии требует обязательного учета всего многообразия существующих в мире религиозных верований, обобщения их наиболее существенных сторон, а также концептуального подхода к объяснению религии. В Международном религиозном словаре предлагается понимание религии «как системы веры в действительность, проявляющейся сверхъестественным путем, и практики, возникающей на основе этой веры».

Науке известно около 5 тысяч религий (а по некоторым оценкам - еще больше). Бесконечное многообразие религиозных форм, языковые особенности для выражения их в разных культурах делают чрезвычайно трудной проблему поиска тех характеристик, которые позволили бы относить некоторые явления к религиозным.

Общего индоевропейского слова для именования явления, которое обозначается латинским religio, не существует. На основе многочисленных сравнительно-языковедческих исследований предложно несколько вариантов этимологии этого термина. Наиболее признаваемыми являются варианты Цицерона и Лактанция. Цицерон производил указанный термин от латинского relegere - идти назад, возвращаться, снова читать, обдумывать, собирать, созерцать, бояться - и характеризовал религию как богобоязненность, страх и почитание богов, тщательное обдумывание всего, что имеет отношение к этому почитанию. Лактанций полагал, что слово religio происходит от латинского religare - вязать, связывать, привязывать, сковывать - и означает связывание, узы, соединяющие нас с Богом в служении ему и повиновении через благочестие. Предложенная Лактанцием этимология закрепилась в христианской литературе.

В русском языке слово «религия» известно с начала XVIII в. В словарях, изданных на русском языке, можно обнаружить несколько вариантов перевода слова religio: а) благочестие, набожность, святыня, предмет культа; б) восстановление или воспроизводство лиги, связи.

П.А. Флоренский писал: «... если онтологически религия есть жизнь нас в Боге и Бога в нас, но феноменалистически религия есть система таких действий и переживаний, которые обеспечивают душе спасение. Другими словами, спасение в том наиболее широком, психологическом смысле слова есть равновесие душевной жизни».

Философские и социологические трактовки религии многообразны и различаются в зависимости от исходных принципов и методов.

Немецкие мыслители К. Маркс и Ф. Энгельс базировали характеристику религии на диалектико-материалистическом понимании природы, общества, человека. По мнению К. Маркса, «религия есть самосознание и самочувствование человека, который еще или не обрел себя, или уже снова себя потерял. Но человек - не абстрактное, где-то вне мира ютящееся существо. Человек - это мир человека, государство, общество. Это государство, это общество порождает религию, превратное мировоззрение, ибо сами они - превратный мир. Религия есть общая теория этого мира, его логика в популярной форме, его энтузиазм, его моральная санкция, его торжественное восполнение, его всеобщее основание для утешения и оправдания».

Очень интересно, на наш взгляд, мнение немецкого философа и социолога М. Вебера, который писал: «Дефиниция того, что «есть» религия, не может находиться в начале рассмотрения, в крайнем случае, она может стоять в конце как следующая из него». По его мнению, предпосылку религии образует проблема смысла, которая возникает из переживания «иррациональности мира» и человеческой жизни. В экстремальном виде эта «иррациональность» проявляется в смерти, страдании, гибели, нравственной испорченности.

Французский социолог и философ Э. Дюркгейм дал следующее определение религии: «Религия представляет собой целостную систему верований и обрядов, относящихся к священным вещам, т.е. вещам отделенным, запретным; это система таких верований и обрядов, которые объединяют в одну моральную общину, называемую церковью, всех тех, кто признает эти верования и обряды». Источником религии Э. Дюркгейм считает общественно-психологический процесс общения, коллективную психологию, возникающую на базе внеэкономической, непроизводственной деятельности.

Ученые, придерживающиеся биологических концепций, ищут основу религии в биологических или биопсихических процессах, происходящих в человеке. Психологические объяснения выводят религию из индивидуальной или групповой психики. Один из основателей психологии религии - американский философ-прагматист - У. Джеймс считал, что религия коренится в эмоциональной сфере психики человека, он писал: «чувство есть глубочайший источник религии, а философские и богословские построения являются только вторичной надстройкой, подобной переводу подлинника на чужой язык».

Швейцарский психолог и культуролог К. Юнг считал, что «религия является особой установкой человеческого ума... внимательное рассмотрение, наблюдение за некими динамическими факторами, понятыми как «силы», духи, демоны, боги, законы, идеи, идеалы - и все прочие названия, данные человеком подобным факторам, обнаруженным им в своем мире в качестве могущественных, опасных; либо способных оказать такую помощь, что с ними нужно считаться; либо достаточно величественных, прекрасных, осмысленных, чтобы благоговейно любить их и преклоняться перед ними... Можно сказать, что «религия» - это понятие, обозначающее особую установку сознания, измененного опытом нуминозного».

И, наконец, рассмотрим этнологический подход к объяснению религии, основанный на идее культурной (социальной) антропологии. Источник религии здесь усматривается в самой «человеческой природе», присущей индивиду и образуемой комбинацией материальных и духовных потребностей. Английский этнограф Б. Малиновский, разрабатывая идею социальной антропологии, берет для нее в качестве исходного понятия культуру. На поведение человека, по его мнению, оказывают влияние врожденные факторы, а культура поднимает его над биологической природой. Религия рассматривается в качестве всеобщего феномена культуры. Б. Малиновский анализирует религию в ее соотношении с наукой и магией. Наука является рациональным освоением действительности. На основе знаний изготовлялись орудия охоты, конструировалось оружие и т.д.

Магия определяется как «вера в возможность достижения успеха с помощью волшебных формул и ритуалов». Она применялась, когда рациональные средства достижения цели были недостаточны. В результате таких магических акций происходит снижение эмоционального напряжения. И хотя эти акции не приводят к достижению внешних целей, они результативны в аспекте восстановления внутреннего равновесия. Религия же имеет дело не с конкретными, а с фундаментальными проблемами человеческого бытия. Несмотря на все многообразие трактовок данного феномена, хотелось бы присоединиться к мнению именно этого ученого. «По своей догматической культуре, - говорит Б. Малиновский, - религия постоянно предлагает себя в качестве системы вероучительных положений, которая определяет место человека в универсуме, объясняет его происхождение и полагает цель. Обычному индивиду религия прагматически необходима, для того чтобы преодолеть ошеломляющее, парализующее предчувствие смерти, несчастье и судьбу». И поскольку указанные проблемы принципиально не устранимы, религия никогда не станет излишней. Религия - часть общественной жизни, от которой она не может быть изолирована, так прочно она вплетена в ткань социальной жизни.

Еще в древности религия наряду с карой стала мощнейшим средством воздействия на различные социальные процессы, в том числе и на развитие преступности. Религия способствовала развитию у верующих, с одной стороны, послушности воле правителя, в том числе и законопослушности, а с другой - препятствовала развитию потребностей, всячески поощряла скромность и аскетизм, бичевала гордыню, чем в немалой степени способствовала уменьшению мотивов как корыстных, так и насильственных преступлений. Не утратила своей позитивной роли религия и в наши дни. Из результатов проведенного нами исследования среди осужденных видно, что 73,9% относят себя к верующим: 76,9% из них исповедуют христианство, 23,1% - ислам. У 79,1% осужденных религиозные взгляды сформировались после осуждения, и, как показывает анкетирование, - у всех у них имеется стремление придерживаться религиозных заповедей: «не убий», «не укради» и т.д. после освобождения. При этом характерно, что из лиц, имеющих вторую и более судимости, основная масса - 79,5% - отнесли себя к атеистам.

Анализируя влияние религии на осужденных, можно сделать вывод о том, что деятельность религиозных организаций стала одной из необходимых составных частей процесса исправления осужденных, их духовно-нравственного воспитания. Есть основания утверждать, что религиозный путь приведет хотя бы часть осужденных к принятию духовных ценностей, которые выработало человечество, к наполнению их сознания новым культурно-нравственным содержанием. Более того, возврат к духовным ценностям, носящим общечеловеческий характер, служит объединяющим началом для верующих и неверующих и тем самым устраняет причины новых преступлений.

Однако роль религии в духовной жизни общества может иметь и отрицательные моменты. Основным признаком понятия религии является вера, опирающаяся, главным образом, на чувство, а не на разум. Поэтому, как отмечал российский историк и этнограф Л.Я. Штенберг, «религиозность в одинаковой степени относится и к верованию самоеда, секущего своего идола, когда его охота неудачна, и к верованиям финикиян, сжигавших на костре своих детей в угоду божеству, и к верованиям вавилонян, посылавших в храм Астарты своих дочерей и жен проституироваться, отдаваясь первому встречному чужеземцу, и к религии христианина, которая требует, чтобы люди полагали жизнь свою за ближнего, и к религии буддизма, в основе которой лежит, в сущности, полнейший атеизм...». В свое время шаманы и жрецы не в меньшей мере, чем кара, укрепляли власть вождя, освящали его приказы, решения, устанавливаемые им порядки божественной волей. Религия контролировала не только дурные поступки людей, но и дурные мысли, которые могут стать известны Богу. Таким образом, религиозная форма социального контроля оказывалась самой всеобъемлющей. Эта практика с последующей трансформацией была воспринята в тоталитарных государствах, где путем доносительства и шпионства властям становилось известно буквально все о подданных, в том числе и их мысли. То же самое можно наблюдать и в некоторых религиозных объединениях, лидеры которых используют практику тотального контроля за поведением и умонастроениями своих членов, добиваясь над ними абсолютной власти, спекулируя на идеях веры в Бога, загробной жизни и неотвратимости наказания за нарушения в загробной жизни. Психологи считают, что вера - это чувство, «создающее иллюзию познания и реальности того, что вызвано фантазией с участием этого же чувства. Она сближается с рядом других социально-психологических явлений: с внушением, психическим заражением, подражанием, содержащими в своей структуре элементы иррациональности». В связи с этим чувство веры, доходя, как это свойственно любой религии, до уровня аффекта, принимает форму религиозного экстаза, развивающегося преимущественно в группе. Религиозный экстаз может принимать и форму религиозного фанатизма, которым были окрашены многие религиозные войны и религиозные споры. Примером религиозной нетерпимости, в силу доведенной до крайней степени приверженности к основным постулатам веры, могут выступать многочисленные Крестовые походы, иные известные из истории события, в частности, события Варфоломеевской ночи 24 августа 1572 г. Подобный религиозный фанатизм нередко используется в разжигании военных конфликтов и в наши дни. Свидетельство тому - столкновения между мусульманами, католиками и православными на территории бывшей Югославии, выступления ваххабитов на Северном Кавказе, новое обострение арабо-израильского конфликта и другие события последних лет показывают, что растет число общественно опасных деяний, совершаемых на религиозной почве. Кроме того, криминогенный потенциал религии заключается и в том, что члены религиозных организаций тоталитарного характера, полностью подчиненные воле своих лидеров, могут совершать противоправные деяния в отношении граждан из внекультового социума, посягая, прежде всего, на такие важные блага, как жизнь, здоровье, половую неприкосновенность. А также честь и достоинство.

Исторический анализ свидетельствует, что преступность как негативное социальное явление, существуя всегда, с момента возникновения самой цивилизации, качественно изменялась в определенные исторические отрезки времени, в зависимости от уровня политических, экономических, социальных, нравственно-духовных, прежде всего, религиозных, отношений.

Подводя итог изложенному, следует отметить, что состояние преступности в государстве во многом зависит от характера и уровня культуры как духовной ориентации сознания населения, а также иерархии материальных или духовных ценностей.

Среди социальных явлений, выступающих в качестве рычагов управления общественным сознанием и поведением, одним из самых мощных можно выделить религию. Другие формы мировоззрения не могут сравниться с религией по силе и глубине своего воздействия на умонастроения и чувства людей. Следовательно, религия как феномен культуры может обладать как антикриминогенным, так и криминогенным потенциалом, что делает актуальным ее дальнейшее изучение в плане воздействия на состояние и структуру преступности в стране.

 

АВТОР: Василенко М.М.