26.02.2011 2074

Направления борьбы с экономическим механизмом финансирования террористических формирований (статья)

 

Существующая проблема борьбы с террористическими формированиями одним из своих корней уперлась в необходимость разрушения:

- экономической базы, финансирующей террористические формирования;

- механизма, позволяющего манипулировать финансовыми ресурсами по обслуживанию нужд террористических формирований.

Существующая ситуация делится на два больших блока:

1. борьба с террористическими формированиями российского происхождения (в основном чеченского характера);

2. борьба с международными террористическими формированиями (зарубежного происхождения).

В ряде ситуаций эти блоки пересекаются (например, в процессе поддержи международными террористическими формированиями чеченских боевиков и участия чеченских боевиков в террористических акциях различного масштаба за пределами СНГ).

Проблема состоит в том, что необходимо активизировать борьбу по всем проявлениям, в том числе с механизмами экономической подпитки террористических формирований, действующих систематически (постоянно) и систематизировано (четко организованных и специально ориентированных на эти цели).

Результаты многолетней борьбы с чеченскими боевиками показали, что полностью разрушить как экономическую базу, так и механизмы финансовых транзакций, ее обслуживающих, не удалось. В ряде случаев эти механизмы сильно сократились и стали функционировать на отдельных территориях с перебоями. Однако, проблема существующего механизма обслуживания терроризма по-прежнему сохранилась.

Недостаточная эффективность предпринимаемых мер состоит в том, что в России и других республиках СНГ экономические механизмы поддержки террористических формирований не являются чем-то принципиально новым или иным, чем обычные экономические механизмы криминального бизнеса. В связи с этим боевики, когда им нужно, с успехом используют прекрасно развитую и функционирующую инфраструктуру обслуживания криминального бизнеса. Экономические и финансовые механизмы обслуживания террористических формировании, как правило, интегрированы в обычные структуры криминального бизнеса, и тем самым максимально затрудняют задачу их уничтожения. Полностью уничтожить такие механизмы пока не удалось.

Вследствие этого необходимо воздействовать на действующие механизмы криминального бизнеса так, чтобы именно они сами сдерживали экономическую основу террористических формировании.

Нужно отдавать себе отчет, о том, что существующее правоохранительное единство Российской Федерации не способно полностью справиться с этой проблемой в силу разноплановости решаемых задач.

Мы исходим из того, что криминальная инфраструктура бизнеса была, есть и еще долго будет. Необходимо сделать так, чтобы самим криминальным структурам было невыгодно связываться с террористическими формированиями.

Имеющийся опыт развитых стран с рыночной экономикой показал, что существующими методами работы правоохранительных органов и спецслужб невозможно справиться с этой проблемой даже при условии выделения значительных затрат. Необходимы методы менее затратные.

Имеющееся правовое поле и реальная оперативно-розыскная и следственная практика не дают и не дадут возможности нанести полный урон экономической базе террористических формировании в связи с необходимостью соблюдать так называемые демократические нормы. Единственным выходом является формирование инфраструктуры всеобъемлющего электронного учета.

Видимо, необходимо структурировать модели криминального бизнеса в рамках легальных механизмов (использующих лазейки в законодательстве). Это упирается в формирование каналов институциональной инфраструктуры и ключевых точек.

Надо понимать, что криминальные операции будут идти дальше. Необходимо разрабатывать методы вытеснения наиболее одиозных и общественно опасных их форм.

Существующие банковские структуры крупнейших коммерческих банков по сути своей криминальны, но их степень криминальности иная, чем у террористических формировании. В связи с этим распознание и вытеснение диких форм криминального экономического обслуживания наиболее актуальная задача.

Особенно важно размыть национально контролируемые отрасли и группы бизнеса и криминального обслуживания, так как именно такие группы хуже всего поддаются информационному контролю и вытеснению в легальное поле.

Структурная схема криминальных операций по обслуживанию бизнеса, используемых террористическими формированиями, такова:

- обналичивание (рубли и валюта);

- перевод денежных сумм (внутрирегиональный, межрегиональный, международный внутри СНГ, международный в дальнее зарубежье);

- контрабандные поставки товаров;

- производство фальсифицированных продуктов или их поставки;

- нелегальные операции с законным товаром через нелегальные структуры и механизмы;

- операции с криминальным товаром или криминальными методами бизнеса (наркотики, проститутки, краденые автомобили, краденый бензин и т.п.).

Фактически, существует своего рода параллельная инфраструктура обслуживания бизнеса. Она по ряду внешне законных (легитимных) аспектов интегрирована с общей инфраструктурой обслуживания бизнеса, но по многим криминальным аспектам выделена за пределы (точнее, в границах) определенным образом локализована в действующей общей инфраструктуре.

Стабилизация экономической ситуации в Чеченской республике предполагает формирование практически самостоятельной банковской отрасли и прямое руководство большинством чеченских финансовых операций в России и за рубежом из единого центра – Грозного. Косвенное руководство финансовыми операциями за пределами Чечни через российскую и зарубежную чеченскую диаспору, действующую по указке грозненских лидеров, требует постоянных связей и обмена информацией с ними. То, что сейчас финансово-банковская инфраструктура Чеченской республики формируется практически заново, позволяет реализовать ряд мер налаживания контроля за ними со стороны уполномоченных российских органов и служб.

Необходимо отследить технические решения, а также образцы телекоммуникационного и компьютерного оборудования, устанавливаемого в Чеченском региональном отделении Банка России, коммерческих банках, фирмах, государственных структурах и т.п. Это позволит при сравнительно скромных финансовых затратах снимать информацию об идущих финансовых операциях в этих структурах, а также их связях с осуществляющимися за пределами Чечни финансовыми операциями.

При осуществлении одновременно учета, систематизации и анализа данных о выезде граждан Чеченской республики в зарубежные страны и перемещении по территории России, о фирмах – поставщиках товаров за рубеж и из-за рубежа, создается возможность выявить в России и за рубежом:

- фирмы, находящиеся под контролем сепаратистов (включая оформленные на подставных лиц);

- суммы финансовых средств и материальных ресурсов, находящиеся в распоряжении криминала республики;

- направления расходования финансовых средств и материальных ресурсов;

- каналы переброски финансовых средств и материальных ресурсов;

- источники получения финансовых средств;

- партнеров террористов, сотрудничающих с боевиками в осуществлении криминальных операций или иных операций, противоречащих российским интересам.

На основе полученных данных об осуществляемых операциях с финансовыми и материальными ресурсами можно построить сравнительно несложные экономико-математические модели, позволяющие прогнозировать наличие и примерные размеры не выявленных ресурсов, используемых правонарушителями, а также возможное выделение свободных финансовых средств из коммерческого оборота на криминальные и политические цели (например, закупка оружия, финансирование выпуска антироссийских печатных изданий и проведения политических акций и т.п.).

Полученная информация позволяет осуществить комплекс мер сдерживания антироссийских чеченских сил путем затруднения их финансовых операций в России и за рубежом, ликвидации организационной инфраструктуры криминальной деятельности и иных мер. В качестве примера можно привести:

- привлечение внимания российских и зарубежных правоохранительных и налоговых органов к криминальному бизнесу террористов в Чечне;

- уведомление властей, добросовестных банков и компаний о криминальном происхождении средств у имеющих отношения с ними фирм, находящихся под контролем террористических организаций;

- выявление нарушений законодательства при регистрации и деятельности фирм под контролем экстремистов;

- создание затруднений коммерческой деятельности фирм, находящихся под криминальным контролем;

- ряд других официальных и неофициальных мер, а также оперативно-розыскных мероприятий.

Все вышеперечисленное позволит значительно снизить имеющиеся у антироссийских или криминальных националистических структур возможности реализовать свои намерения, а также повысит эффективность контроля за происходящими в Чеченской республике процессами.

Существующая ситуация в ряде регионов России в свете ранее полученного опыта и негативных проявлений, наиболее ярко проявившихся при восстановлении Чеченской Республики, свидетельствует о том, что существующий механизм распределения финансовых и материальных ресурсов, выделяемых федеральным центром в целях поддержки экономики регионов с повышенной криминально-коррупционной активностью, таит и несет в себе потенциальную опасность использования их вопреки национальным (федеральным) интересам.

Опыт последних лет ярко продемонстрировал результаты отсутствия жесткого федерального контроля за этими процессами.

Общая структура хозяйства многих регионов с высокой криминально-коррупционной активностью, особенно ряда национальных республик, вкупе с менталитетом населения не позволяет обеспечить какой-либо эффективный сбор налогов для удовлетворения собственных бюджетных нужд. В связи с этим вложение в эти регионы федеральных денежных средств не даст значимой возвратной отдачи в бюджет без жесткого федерального контроля. Глобальная криминализация различных сторон жизни в этих регионах ведет, по минимальным оценкам (в рамках международных стандартов), к хищению или разбазариванию не менее 20-40% всех финансовых и материальных вложений федерального центра.

В связи с вышеизложенным значение эффективности вложения федеральных средств в социально-экономическую сферу таких регионов без жесткого федерального контроля ниже эффективности вложения в более благополучные регионы в 2-3 раза.

Расхищаемые бюджетные средства служат основой экономической базы для регионального национального и экономического сепаратизма. Сдерживание национального и экономического сепаратизма и иных противоречащих федеральным интересам тенденций и намерений в проблемных регионах должно опираться на систему контроля финансово-хозяйственных операций, реализуемую правоохранительными органами.

Общая цель таких мер – лишить экстремистски настроенных региональных лидеров и криминальные кланы финансовой и материальной базы для совершения любых масштабных действий, противоречащих федеральным интересам.

Во избежание такой ситуации необходимо обеспечение следующих приоритетов:

- адресная финансовая подпитка федеральными средствами конкретных экономических объектов в регионе;

- жесткий федеральный, в первую очередь правоохранительный, контроль за расходованием любых бюджетных средств региональными руководителями;

- наличие механизма контроля федерального центра за перераспределением любой производственной собственности и деятельности внешних (по отношению к региону) инвесторов;

- создание максимально прозрачных для федерального центра каналов движения и хранения финансовых и материальных ресурсов в регион, из региона и внутри региона.

Важнейшие задачи, которые необходимо решить при создании такой системы контроля:

- воспрепятствовать расходованию (расхищению) финансовых средств и материальных ресурсов, идущих по федеральной линии, на непредусмотренные цели;

- прекратить поступление финансовых и материальных ресурсов в экстремистски настроенные социально-политические объединения;

- выяснить конкретные региональные источники, а также каналы переброски финансовых и материальных ресурсов за рубеж из России;

- перекрыть неконтролируемые и неофициальные каналы движения финансовых и материальных ресурсов за рубеж и из-за рубежа;

- прервать криминальные финансовые связи, то есть разделить на отдельные несвязанные блоки хозяйственные группы субъектов, контролируемых преступными группировками;

- сделать невозможным личное и клановое обогащение ряда криминальных лидеров за счет коммерческих (криминальных и некриминальных) операций, связанных с федеральными и местными потоками материальных и финансовых ресурсов.

Для реализации такого контроля необходимо обратить внимание на структуру финансово-хозяйственных операций и связей, совершаемых в регионе, в первую очередь, на каналы переброски финансовых и материальных ресурсов в регион и из региона.

При осуществлении контроля и обобщения данных, имеющихся в правоохранительных, контролирующих и фискальных органах, создается возможность выявить в России и за рубежом:

- финансово-хозяйственные связи региональных криминальных юридических и физических лиц в России и иных странах;

- фирмы, находящиеся под контролем криминальных элементов данного региона (даже оформленные на подставных лиц);

- суммы финансовых средств и материальных ресурсов, находящиеся в распоряжении криминальных лидеров;

- направления расходования финансовых средств и материальных ресурсов на криминальные цели или под криминальным контролем;

- каналы переброски финансовых средств и материальных ресурсов;

- источники получения криминальных и некриминальных доходов.

Полученная информация позволяет эффективно осуществить комплекс правоохранительных и фискальных мер, направленных на сдерживание региональных сил и тенденций, противоречащих федеральным интересам путем резкого снижения осуществляющихся криминальных финансово-хозяйственных операций, оборота финансовых и материальных ресурсов в криминальных целях, ликвидации организационной инфраструктуры криминальной деятельности и иных мер.

Все вышеперечисленное позволит значительно снизить имеющиеся у криминальных лидеров в регионах возможности реализовать свои намерения, а также даст возможность устойчивого контроля происходящих в регионах экономических и политических процессов.

Уровни контроля, которые при этом необходимо обеспечить:

- платежи и товарные поставки в Россию из региона;

- платежи и товарные поставки в регион из России;

- платежи и товарные поставки из региона за рубеж (как через Россию, так и минуя ее);

- платежи и товарные поставки из-за рубежа в регион (как через Россию, так и минуя ее);

- платежи и товарные поставки внутри региона;

- платежи и товарные поставки внутри России в интересах региональных фирм;

- платежи и товарные поставки из России за рубеж в интересах региональных фирм;

- платежи и товарные поставки из-за рубежа в Россию в интересах региональных фирм.

Экономическую базу финансирования террористических формирований в Чеченской республике и ряде других республик Северного Кавказа представляет деятельность некоторых российских корпоративных структур (коммерческих банков, межрегиональных производственных и торговых компаний и т.п.), как с участием иностранного капитала, так и без него. Эта деятельность носит организованный преступный характер, закамуфлированный глобальным характером криминальных механизмов вкупе с системой коррумпированных связей в среде политических организаций и государственных органов.

При этом правоохранительные органы в этих субъектах Российской Федерации практически лишены возможности выявлять серьезные криминальные нарушения норм хозяйствования в наиболее крупных региональнозначимых организациях, в особенности находящихся «под крышей» местных политических властей.

Формирование и функционирование возле бюджета субъекта Российской Федерации и муниципального бюджетов упорядоченных структурных образований сети коммерческих фирм с помощью администрации субъекта Федерации, направляющих себе бюджетные финансовые и материальные потоки, находится практически вне контроля правоохранительных органов. Это позволяет группам региональных политических лидеров и чиновников администраций различного уровня использовать в личных интересах, часто противоречащие федеральным интересам, громадные ресурсы, сопоставимые с региональными бюджетными расходами на важнейшие социальные и производственные цели.

Реальная оперативно-розыскная и предупредительно-профилактическая деятельность подменяется формально-бюрократическими мероприятиями, по отношению к наиболее значимым предпринимательским структурам, особенно поддерживаемым администрацией, по сути, является имитацией борьбы с экономическими преступлениями. Наиболее крупные и масштабные финансово-хозяйственные операции уровня субъекта РФ (финансирование снабжения ГСМ и удобрениями при посевной и уборке, подготовке населенных пунктов к зиме и т.п.) и текущие финансовые операции, затрагивающие повседневные глобальные хозяйственные процессы (оборот энерго и газовых зачетов, железнодорожных тарифов и налоговых освобождений (расчетных обязательств бюджета) на предмет криминальности практически не изучаются. В связи с этим вывод в теневую сферу значительных сумм финансовых ресурсов в виде денежных средств и ценных бумаг, сельскохозяйственной и иной продукции осуществляется бесконтрольно. В ряде случаев наиболее значимые фирмы – монополисты на рынке субъекта Российской Федерации по подобного рода операциям почти открыто патронируются отдельными руководителями региональных подразделений правоохранительных органов.

По наиболее опасным проявлениям экономической преступности, прежде всего в области борьбы с коррупцией, реальные действия подменяются регистрацией преступлений, о которых заведомо известно, что они будут сняты с учета или переквалифицированы в менее тяжкие дела, документируются только наиболее легко фиксируемые дела. При этом в коррупционных делах, в особенности связанных с бюджетной деятельностью администраций различного уровня, повсеместно искусственно сужается круг участников. Разработка фигурантов производится по усеченной схеме, выявляются в основном рядовые исполнители, а не организаторы.

Наблюдается крайне низкое качество подготовки материалов доследственных проверок и самих уголовных дел. В связи с этим неудивителен высокий процент прекращенных уголовных дел.

Во многих подразделениях правоохранительных органов оперативно-розыскная деятельность ведется формально, соответственно не случаен низкий удельный вес оперативной информации в раскрытии экономических преступлений. В ряде случаев оперативно-розыскная деятельность является легальным прикрытием криминального бизнеса, а руководители фирм, осуществляющих криминальные операции, имитируют свое участие в оперативно-розыскной деятельности, фактически не участвуя в ней, но материально заинтересовывая руководителей оперативных подразделений (ряд фирм, торгующих ГСМ).

Накопительная информация, как правило, анализируется от случая к случаю, поступающая информация не систематизируется в полном объеме, оперативная обстановка не прогнозируется. При планировании и проведении оперативно-розыскных мероприятий часто отсутствует системный поход, они проводятся спонтанно. Вследствие этого подлинные масштабы криминального оборота финансовых и материальных ресурсов в регионе неизвестны, учетная политика правоохранительных органов не позволяет составить представление о реальном характере криминальных финансово-хозяйственных операций. Оперативно-розыскные мероприятия «на упреждение» не проводятся, в связи с этим целые сектора экономики региона и масштабные операции (например, вексельные операции) надолго выпадают из-под правоохранительного контроля. Реальная работа по ним начинается только после поступления заявлений, когда средства уже похищены, а организаторы и участники криминальных операций смогли предпринять меры по скрытию своего участия (например, финансовые пирамиды).

Фактически нет оперативного контроля ряда крупнейших предприятий и других наиболее важных объектов экономики субъекта Российской Федерации.

Наблюдается тенденция уделять все больше внимания мелким малозначительным экономическим преступлениям в целях формирования благополучных показателей, в связи с чем удельный вес выявленных тяжких экономических преступлений снижается.

При передаче материалов в следственные подразделения инициативное оперативное сопровождение, как правило, нем проводится.

Результаты розыска преступно нажитых денежных средств и материальных ценностей крайне незначительны, во многих случаях, особенно в широкомасштабной криминальной деятельности крупных коммерческих структур, арест на имущество и изъятие преступно нажитых ценностей производится с запозданием. При этом показатели по возмещению ущерба формируются за счет результатов работы не правоохранительных, а фискальных органов.

Таким образом, в сферу реального контроля правоохранительных органов на уровне такого субъекта Российской Федерации попадает только незначительное число малозначимых экономических преступлений, как правило, не носящих действительно организованный характер. При этом оборот уже криминальным образом полученных финансовых и материальных ресурсов, а также процессы криминального присвоения региональных бюджетов различных уровней остаются вне поля деятельности правоохранительных органов.

Отдельные успехи региональных правоохранительных органов в борьбе с наиболее одиозными криминальными организованными группами в экономике субъекта Российской Федерации, носящими характер локализованных зональных центров организованной преступности, носят, как правило, случайный характер и связаны с непосредственным участием в проводимых мероприятиях центральных аппаратов правоохранительных органов, а также прямым непосредственным контролем со стороны государственных органов федерального уровня.

Ряд псевдоактивных действий региональных правоохранительных органов является результатом участия их руководителей в переделе на региональном уровне сфер влияния между региональными чиновничье-предпринимательскими кланами на наиболее выгодные объекты экономики субъекта Российской Федерации.

По указанным причинам в настоящий момент правоохранительные органы такого субъекта Российской Федерации не способны действительно противостоять криминальному характеру региональных экономических процессов, включая передел собственности важнейших объектов (например, перерабатывающей промышленности, элеваторов и т.п.), использованию ресурсов региональных бюджетов всех уровней (например, бюджетов субъекта Российской Федерации и республиканского центра) в коммерческих и политических целях, криминальности оборота и направления финансовых и материальных потоков, в том числе за рубеж и из-за рубежа (например, завышение цен на закупленное за рубежом оборудование для муниципальных предприятий республиканского центра).

Формальный и забюрократизированный характер межрегиональной координации и сотрудничества как в рамках одного правоохранительного органа, так и между различными правоохранительными органами в пределах одного региона, позволяет организованным преступным группам, сформировавшимся на базе крупнейших корпоративных структур, бесконтрольно осуществлять манипулирование финансовыми и товарными ресурсами, территориально разделяя процессы осуществления непосредственных финансово-хозяйственных операций на местах и криминального «откачивания» полученных криминальных доходов (например, операции с ГСМ), скрывая криминальность реальных операций производственной и коммерческой деятельности.

По оценкам специалистов фактический объем финансово-хозяйственных операций, находящихся в сфере реального контроля региональных правоохранительных органов не превышает 25 – 30% обращающихся в субъекте Российской Федерации финансовых и материальных ресурсов. В то же время механизм «отмывания» денег, например, из Москвы отлажен и высоко надежен с предоставлением любых необходимых оправдательных документов, процесс «перекачки» денег отсчитывается уже не сутками и неделями, а несколькими часами, при этом комиссионные минимальны: за «отмывание» безналичных денег составляют 0,5-2% от суммы, за «обналичивание» в рубли – 2,5-3%, в наличные доллары 3,5-4%.

Одним из наиболее опасных последствий таких негативных тенденций в деятельности некоторых руководителей региональных правоохранительных органов является в ряде случаев их постепенный отрыв от целевой ориентации на федеральные интересы, все большая ориентация, тесные связи и интегрированность с региональными политическими силами, группами чиновников и предпринимателей, а также патронирование интересов некоторых крупных межрегиональных коммерческих структур общероссийского уровня.

 

Автор: Калинина Н.Н.