30.08.2011 46060

Жаргонизмы в рекламном тексте (курсовая)

 

ОГЛАВЛЕНИЕ

 

Введение

1. Понятие жаргонной лексики

1.1. Общая характеристика жаргонной лексики

1.2 Классификация жаргонной лексики

1.3. Приемы стилистического использования жаргона в литературном языке

2. Стилистические свойства молодежного жаргона

2.1 Язык рекламного текста

2.2 Общие особенности использования жаргонизмов в рекламном тексте

2.3. Анализ использования сленга и жаргона в молодежных изданиях

Заключение

Библиографический список

 

ВВЕДЕНИЕ

 

Русский язык очень богат и разнообразен. Однако для того, чтобы сохранять его чистоту и литературность, существуют письменные и устные нормы. Языковые нормы (нормы литературного языка, литературные нормы) - это правила использования языковых средств в определенный период развития литературного языка, т.е. правила произношения, правописания, словоупотребления, грамматики. Норма - это образец единообразного, общепризнанного употребления элементов языка (слов, словосочетаний, предложений).

Жаргон является отклонением от нормы русского языка, однако не всегда его использование - негативное явление в речи. Встречаются случаи, когда жаргон в большей степени передает мысли, чувства говорящего, главное – им не увлекаться.

Реклама всегда нацелена на определенную часть населения – целевую аудиторию. Поэтому первое правило действенной рекламы – «позиция потребителя». Эффективная реклама всегда адресована истинным покупателям и должна учитывать его стереотипы. Исследования показывают, что люди охотнее откликаются на приземленный разговорный стиль, чем на возвышенный и официальный. Использование жаргона в тексте является мощным стилистическим средством.

Актуальность. В настоящее время идут бесконечные споры об уместности и агрессивности этих пластов речи. Но рекламистов жаргон интересует только с практической точки зрения. Все зависит от целевой аудитории. Если, к примеру, бренд рассчитан на молодежь, то приправить рекламный текст или слоган молодежным сленгом – вовсе не грех. Ну а если целевая аудитория разнородна, то «замыкать» рекламу жаргоном в пределах определенной социальной или возрастной группы – нелепо и невыгодно.

Сейчас жаргон очень распространен в рекламе, поэтому рассмотрение данной темы в настоящее время актуально.

Степень разработанности проблем. Проблема достаточно изучена. Это подтверждается, прежде всего, тем, что в качестве материалов для исследования были использованы множественные энциклопедические и словарные статьи, а также работы ведущих российских филологов и лингвистов.

Основу исследования составляют работы в области изучения стилистики рекламного текста таких исследователей, как Е. С. Кара-Мурза [8], В. В. Колесина [11], М. М. Блинкина-Мельник [2], А. М. Горлатов [4] и др.

Целью данной курсовой работы является рассмотрение стилистических особенностей использования жаргона в рекламном тексте.

Задачи:

- дать определение жаргонной лексике;

- рассмотреть приемы стилистического использования жаргона в литературном языке;

- выделить особенности языка рекламного текста;

- проанализировать примеры стилистического использования жаргонизмов в рекламных текстах.

Предметом рассмотрения являются стилистические свойства жаргона.

Объектом анализа являются тексты телевизионной, наружной и печатной рекламы.

Гипотеза исследования: жаргонизмы в рекламном тексте используются для придания экспрессивности текста, а также для привлечения внимания аудитории

Практическая значимость данной работы заключается в возможности использования материалов при изучении жаргонной лексики.

Структура работы. Данная курсовая работа состоит из введения, двух глав, заключения списка литературы. В первой главе мы определяем сущность жаргонной лексики и приемы использования жаргонной лексики в литературном языке. Вторая глава посвящена анализу стилистического использования жаргона в рекламных текстах.

 

1. ПОНЯТИЕ ЖАРГОННОЙ ЛЕКСИКИ

 

1.1. Общая характеристика жаргонной лексики

 

Толковый словарь русского языка М. И. Ожегова дает следующее определение: «жаргон - речь какой-нибудь социальной или иной объединённой общими интересами группы, содержащая много слов и выражений, отличных от общего языка, в том числе искусственных, иногда условных» [22]. «Универсальная энциклопедия Кирилла и Мефодия» дает другое толкование: « жаргон - (франц. jargon), социальная разновидность речи, отличающаяся от общенародного языка специфической лексикой и фразеологией (ср. арго). Иногда термин «жаргон» применяется для обозначения искаженной, неправильной речи».

Как отмечает Н. Н. Кохтев, жаргонная лексика в отличие от профессиональной, обозначает понятия, которые в общенародном языке уже имеют наименования [13, с. 46].

Жаргон - разновидность разговорной речи, используемая определенным кругом носителей языка, объединенных общностью интересов, занятий, положением в обществе. В современном русском языке выделяют молодежный жаргон, или сленг (от англ. slang - слова и выражения, употребляемые людьми определенных профессий или возрастных групп). Из сленга в разговорную речь пришло множество слов и выражений: шпаргалка, зубрить, хвост (академическая задолженность), плавать (плохо отвечать на экзамене), удочка (удовлетворительная оценка) и т.п. Появление многих жаргонизмов связано со стремлением молодежи ярче, эмоциональнее выразить свое отношение к предмету, явлению. Отсюда такие оценочные слова: потрясно, обалденный, клевый, ржать, балдеть, кайф, ишачить, пахать, загорать и т.п. Все они распространены только в устной речи и нередко отсутствуют в словарях.

Экспрессивность жаргонной лексики способствует тому, что слова из жаргонов переходят в общенародную разговорно-бытовую речь, не связанную строгими литературными нормами. Большинство слов, получивших распространение за пределами жаргонов, можно считать жаргонизмами только с генетической точки зрения, а в момент их рассмотрения они уже принадлежат просторечию. Этим объясняется непоследовательность помет к жаргонизмам в толковых словарях. Так, в «Словаре русского языка» С.И. Ожегова «засыпаться» в значении «потерпеть неудачу» (разг.), в значении «попасться, оказаться уличенным в чем-нибудь» (прост.) [22], а в «Толковом словаре русского языка» под ред. Д.Н. Ушакова оно имеет пометы (простореч., из воровского арго) [30]. У Ожегова зубрить (разг.), а у Ушакова к этому слову дана помета (школьн. арго). Многие жаргонизмы в новейших словарях даются со стилистической пометой (прост.) [например, у Ожегова: предки - «родители» (прост., шутл.); хвост - «остаток, невыполненная часть чего-нибудь, например экзаменов» (прост.); салага - «новичок, новобранец, младший по отношению к старшим» (прост.) и т.д..

Жаргонная лексика уступает литературной в точности, что определяет ее неполноценность как средства общения. Значение жаргонизмов, как правило, варьируется в зависимости от контекста. Например, глагол кемарить может означать дремать, спать, отдыхать; глагол наехать - угрожать, вымогать, преследовать, мстить; прилагательное клевый имеет значения хороший, привлекательный, интересный, надежный и т.д.; таково же значение слова убойный и ряда других. Все это убеждает в нецелесообразности замены богатого, яркого русского языка сленгом.

Особую социально ограниченную группу слов в современном русском языке составляет лагерный жаргон, которым пользуются люди, поставленные в особые условия жизни. Он отразил страшный быт в местах заключения: зек (заключенный), шпон или шмон (обыск), баланда (похлебка), вышка (расстрел), стукач (доносчик), стучать (доносить) и под. Такие жаргонизмы находят себе применение при реалистическом описании лагерной жизни бывшими «узниками совести», получившими возможность открыто вспоминать о репрессиях. Процитируем одного из талантливейших русских писателей Юлия Данияэля:

«Если тебя вызывают на вахту, это значит - жди неприятностей. Либо карцер следует, либо еще какая-нибудь пакость...

...Правда, в карцер меня на этот раз не посадили и даже не «лишили ларьком». «Лишить ларьком» или «лишить свиданием» - это начальственные формулы, возникшие в результате склонности к лаконизму, это 50% экономии выражения. «Лишить права пользования ларьком» или «...свиданием». Начальству, вконец замученному стремлением к идеалу, приходилось довольно часто прибегать к спасительной скороговорке, и оно, естественно, старалось сберечь секунды. Так вот, меня ожидало нечто необычное. Войдя, я увидел нескольких надзирателей и во главе их - «Режима». Мы ведь тоже были склонны к краткости, правда, по другим соображениям: когда приближалась опасность, проще и выгоднее было шепнуть: «Режим!», чем произносить: «Заместитель начальника лагеря по режиму».Кроме «Режима», надзирателей и меня, в комнате был еще некто, и я сразу уставился на него». (Юлий Даниэль)

По этому отрывку можно составить представление и о самом «механизме» появления этих странных жаргонизмов. Хочется надеяться, что для их закрепления в русском языке не будет экстралингвистических условий и что они быстро перейдут в состав пассивной лексики. [4; с. 8]

Этого нельзя сказать о языке преступного мира (воров, бродяг, бандитов). Эта жаргонная разновидность языка определяется термином арго (фр. argot - замкнутый, недеятельный). Арго - засекреченный, искусственный язык уголовников (блатная музыка), известный лишь посвященным и бытующий также лишь в устной форме. Отдельные арготизмы получают распространение за пределами арго: блатной, мокрушник, перо (нож), малина (притон), расколоться, шухер, фраер и под., но при этом они практически переходят в разряд просторечной лексики и в словарях даются с соответствующими стилистическим пометами: «просторечное», «грубопросторечное».

 

1.2 Классификация жаргонной лексики

 

Н.Н. Кохтев отмечает, что «для большинства современных индустриальных обществ не характерна «жесткая» дифференциация языка на более или менее замкнутые, самодостаточные подсистемы: социально и культурно обусловленные разновидности единого национального языка постоянно влияют друг на друга, в связи с чем явления, присущие одной разновидности языка, могут «перетекать» в другую (или другие)…» [13, С. 45]. В настоящее время наблюдается активное использование в устной речи слов, словосочетаний и устойчивых выражений из сферы субстандарта, главным образом, из сферы просторечия и жаргона. Естественно, что русистика должна отреагировать на изменившуюся речевую ситуацию. В истории русского языка подобные явления наблюдались неоднократно. Последнее по времени относится к первой четверти двадцатого столетия: «В частности, в стандартный словарь проникают элементы следующих классовых и профессиональных диалектов:

1) словаря фабрично-заводских рабочих;

2) матросского словаря (что не трудно себе объяснить, если мы вспомним ту роль проводников революции, которую сыграла «морская братва» в самой толще нашего, главным образом, провинциального населения);

3) «блатного» жаргона людей темных профессий (сюда относятся, например, липа и прилагательное липовый, глаголы хрять, зекать и т.д., которые сейчас далеко вышли за первоначальный круг их носителей)…» [13, С. 44]. В современной живой русской речи, а также в наиболее мобильно отражающей эту речь публицистике и беллетристике нередко можно встретить фразы наподобие следующей: «Чуваки подваливают, на балде – по штуке, коры – штуки по три, а зажимают, лишку не отстегнут…». На стандарте эту фразу можно сформулировать следующим образом: «Заходят молодые люди (мужчины или юноши), на голове по тысяче рублей (головной убор целой в тысячу рублей), туфли – тысячи по три, а скупятся, лишнего не заплатят…» Так мастер-парикмахер рассказывает о профессиональных буднях. В его речи жаргонизмы употребляются совершенно естественно.

Активное вторжение такой лексики и фразеологии в современный речевой быт вызывает определенные трудности не только у изучающих русский язык как иностранный, но и у самих носителей русского языка. Решению проблемы способствует значительно активизировавшаяся в последнее время лексикографическая деятельность и появление ряда словарей субстандартной лексики и фразеологии. Следует, однако, иметь в виду, что уровни отдельных лексикографических публикаций могут обнаруживать существенные различия.

Процессы взаимодействия протекают как в активной, так и в пассивной форме. При пассивном заимствовании слово переходит из одной подсистемы этноязыка в другую, сохраняя (хотя бы первоначально) прежнее значение. При активном заимствовании, то есть при активном влиянии заимствующей подсистемы, наблюдается изменение семантической структуры уже на начальном этапе (по существу, слово или выражение заимствуется с измененным значением). Ср., например, употребляющееся довольно активно в современной печати чернуха в значении «клевета, очернение». Здесь совершенно очевидно просматривается влияние стандартной лексико-семантической парадигмы (в сущности, омонимичной), с присущими стандарту значениями. Ср. «чернить, очернить, представить в черном свете», «клеветать, опорочить, сгустить краски, представить пессимистически» (стандарт) – чернуха «подделка, фальшивка», чернушник «занимающийся подделкой документов, подписей» etc. (жаргон). «При постоянном контакте и взаимодействии двух (или больше) языковых разновидностей в одном социуме может происходить не только локализованная в акте коммуникации интерференция кодовых элементов, но и их заимствование. При заимствовании знак не только используется говорящим в качестве речевого вкрапления (часто индивидуального), как это происходит при интерференции, а вступает в парадигматические и синтагматические связи с элементами заимствующей его системы» [19, С. 66]. В связи с этим, очевидно, было бы целесообразным, с функциональной и семантической точек зрения, различать в русском языке жаргонизмы и жаргоноиды.

Под жаргоноидами А. М. Горлатов понимает отдельные слова, словосочетания и фразеологизмы русской фени (воровской жаргон), употребляющиеся параллельно в других подсистемах языка в иных значениях. (Не следует, безусловно, игнорировать и иносистемных заимствований, которые традиционно рассматриваются лингвистикой как омонимы. Приведем примеры. Так, параллельно жаргонному фрайер, имеющему значение «не вор», употребляется просторечное фрайер / фраер, которое обнаруживает значение «франт, модник» (любопытно, что в немецком языке, из которого, очевидно, произошло заимствование, Freier фиксируется в значении «жених») [4; с. 18]. Таким образом, просторечное фрайер / фраер относится к жаргоноидам. Жаргонизму «дать по рогам», для которого словари фиксируют значение «запретить после освобождения из ИТУ проживать в центральных городах, существует просторечная параллель «дать по рогам», употребляющаяся в значении сбить спесь (самоуверенность) с кого-либо. Немало интересных примеров можно обнаружить в стихах В. Высоцкого, который, впрочем, не только чувствовал семантические различия сопоставляемой лексики и фразеологии, но и специально подчеркивал эти различия? «Глотал упреки и зевал от скуки, Что оторвался от народа – знал, – Но оторвался – это по науке, А по жаргону это – «убежал» [4, С. 19].

Жаргонизмы – слова и выражения, принадлежащие какому-либо жаргону. В современной лингвистической литературе слово жаргон обычно употребляется для обозначения различных ответвлений общенародного языка, которые служат средством общения различных социальных групп.

Не стоит путать жаргонизмы с однокоренным словом жаргоноиды. Это более узкое понятие, которое означает отдельные слова, словосочетания и фразеологизмы русской фени (воровской жаргон), употребляющиеся параллельно в других подсистемах языка в иных значениях. (Не следует, безусловно, игнорировать и иносистемных заимствований, которые традиционно рассматриваются лингвистикой как омонимы. Приведем примеры. Так, параллельно жаргонному фрайер, имеющему значение «не вор», употребляется просторечное фрайер / фраер, которое обнаруживает значение «франт, модник» (любопытно, что в немецком языке, из которого, очевидно, произошло заимствование, Freier фиксируется в значении «жених»).

Таким образом, с функциональной и семантической точек зрения можно выделить:

1) жаргонизмы, сохраняющие свое значение и в другой подсистеме;

2) жаргонизмы, имеющие в других подсистемах жаргоноиды;

3) жаргонизмы, не корреспондирующие с элементами других подсистем [10; с. 56].

Ср. соответственно: 1) бабки «деньги» (жаргон / просторечие), бухарь «пьяный» (жаргон / просторечие), кореш «приятель» (жаргон / просторечие), анаша «наркотик из конопли» (жаргон / стандарт); 2) просторечное барыга, употребляющееся в значении «проходимец», перешло в просторечие из жаргона, в котором до сих пор отмечается в значении «скупщик краденого». Жаргоноидом же является просторечное духарь «весельчак» (ср. жаргонное духарь «смельчак, храбрец»). 3) бан «вокзал»; шлепер «мелкий карманный вор», хаза «явочная квартира», маруха «сожительница», мастырка «членовредительство» и т.п. Основной корпус современной русской фени образуют слова, словосочетания и фразеологизмы первой и второй групп. К третьей группе относятся, преимущественно, иноязычные заимствования и вышедшая из активного употребления исконная лексика. Представленная классификация, в известной степени, условна и не отражает всего многообразия межподсистемного лексического взаимодействия, поскольку отправной точкой анализа является интержаргон, который представляет собой вторичную подсистему (например, по отношению к просторечию). Следует иметь в виду, что сама феня – социально-речевой стиль современного русского этноязыка – в лексическом отношении представляет собой конгломерат многочисленных заимствований и новообразований, базирующихся на таких первичных системах как просторечие, стандарт и, реже, территориальный диалект. Полезность такого подхода видится, прежде всего, в функциональном (сфера употребления) и семантическом разграничении лексики активного употребления, которая в настоящее время подводится под рубрику блатного жаргона. Кроме того, такое сопоставление дает основание отрицательно оценивать бытовавшее и бытующее мнение о том, что жаргонизмы выходят из активного употребления в самом жаргоне, если становятся известными широкой аудитории.

Можно привести другую классификацию жаргонной лексики, автором которой является В. В. Колесина:

1) групповые или корпоративные жаргоны

Групповые, или корпоративные, жаргоны обычно возникают в группах людей, тесно между собою чем-нибудь связанных. Формы связи могут быть самыми различными. Важно, чтобы эта связь каким-то образом объединяла людей, например, служба в армии, обучение в институте или школе, занятие туризмом, спортом, коллекционированием и т.п. Даже отъезд людей для работы на Крайний Север порождает особые жаргонные слова, например, моржовые или комариные – названия надбавки к зарплате в зоне Крайнего Севера. Длительное пребывание людей на фронте во время Отечественной войны вызвало появление специфических жаргонных слов, например, сабантуй «сильный артиллерийский обстрел», рама «немецкий разведывательный самолет» и т.д. Жаргон возникает в среде людей, предающихся различным порокам, например, картежной игре, пьянству и т.п.

2) Жаргон преступного мира

Жаргоны деклассированных употребляются в сферах людей, принадлежащих к уголовному миру, обычно отбывающих срок наказания в тюрьмах, лагерях и т.п. или занимающихся преступной деятельностью на свободе. Несмотря на наличие территориальных разновидностей, этот жаргон обладает относительным единством. По своей специфике он резко отличается от групповых, или корпоративных, жаргонов. Поэтому есть основание рассматривать его отдельно [11; с. 42].

 

1.3. Приемы стилистического использования жаргона в литературном языке

 

Возникновение и распространение в речи жаргонизмов оценивается как отрицательное явление в жизни общества и развитии национального языка. Однако введение жаргонизмов в литературный язык в исключительных случаях допустимо: эта лексика может понадобиться писателям для создания речевых характеристик персонажей или журналистам, описывающим жизнь в колониях. Чтобы подчеркнуть, что жаргонизмы в таких случаях приводятся «цитатно», автор обычно заключает их в кавычки. М. Н. Кожина приводит такой прмер: «Паханы», «бугры» и другие (название газетной статьи); ...Людей «опускают» по приговору воров за разные грехи: стукачество, неуплату карточного долга, неподчинение «авторитету», за то, что на следствии «сдал» подельников, что имеет родственников в правоохранительных органах... (Труд. 1991. 27 нояб.) [10; с. 56]

Многие известные писатели с осторожностью относились к жаргонизмам. Так, И. Ильф и Е. Петров при переиздании романа «Двенадцать стульев» отказались от некоторых жаргонизмов. Стремление писателей оградить литературный язык от влияния жаргонизмов продиктовано необходимостью непримиримой борьбы с ними: недопустимо, чтобы жаргонная лексика популяризовалась через художественную литературу.

В публицистических текстах возможно обращение к арготизмам в материалах определенной тематики. Например, в рубрике «Криминальные сюжеты» (пример М.Н. Кожиной):

«Сливки» преступного мира - «воры в законе»... Ниже стоят обычные блатные, которых в колонии называют «отрицаловкой» или «шерстью». Жизненное кредо «отрицаловки» противодействовать требованиям администрации и, наоборот, делать все, что запрещает начальство... А в основании колонийской пирамиды-основная масса осужденных: «мужики», «работяги». Это те, кто искренне встал на путь исправления. (А. Кречетников // Труд. - 1991. - 27 нояб.) [10; с. 56]

В редких случаях жаргонизмы могут использоваться в газетных материалах, имеющих острую сатирическую направленность.

Однако в сленге немало слов и выражений, которые понятны лишь посвященным. Приведем для примера юмореску из газеты «Университетская жизнь» (09.12.1991).

Конспект одного крутого студента на одной забойной лекции.

«Хаммурапи был нехилый политический деятель. Он в натуре катил бочку на окружавших кентов. Сперва он наехал на Ларсу, но конкретно обломился. Воевать с Ларсой было не фигушки воробьям показывать, тем более, что ихний Рим-Син был настолько навороченным шкафом, что без проблем приклеил Хаммурапи бороду. Однако того не так легко было взять на понт, Ларса стала ему сугубо фиолетова, и он перевел стрелки на Мари. Ему удалось накидать лапши на уши Зимрилиму, который тоже был крутым мэном, но в данном случае прощелкал клювом. Закорифанившись, они наехали на Эшнуну, Урук и Иссин, которые долго пружинили хвост, но пролетели, как стая рашпилей».

Для непосвященного такой набор жаргонных слов оказывается непреодолимым препятствием к пониманию текста, поэтому переведем этот отрывок на литературный язык.

«Хаммурапи был искусным политическим деятелем. Он проводил экспансионистскую политику. Сначала правитель Вавилона пытался захватить Ларсу, но это ему не удалось. Воевать с Ларсой оказалось не так-то просто, тем более, что их правитель Рим-Син был настолько изворотливым дипломатом, что с легкостью заставил Хаммурапи отказаться от своего намерения. Но Хаммурапи продолжал завоевательные походы с целью расширения территории своего государства. И, оставив на время попытки покорения Ларсы, он изменил политический курс, и вавилонская армия устремилась на север. Ему удалось заключить союз с правителем Мари Зимрилимом, который тоже был неплохим политиком, но в данном случае уступил военной силе Хаммурапи. Объединенными силами были покорены Эшнуну, Урук и Иссин, которые упорно защищались, но в конце концов оказались побежденными». [25; с.105]

При сравнении этих столь разных «редакций» нельзя отказать первой, насыщенной жаргонизмами, в живости, образности. Однако очевидна неуместность употребления сленга на лекции по истории.

Обращение к жаргонизмам не в сатирических контекстах, продиктованное стремлением авторов оживить повествование, расценивается как стилистический недочет. Так, автор увлекся игрой слов, назвав свою заметку так: Художник Дали совсем офонарел (в заметке описывается необычная скульптура художника - в виде светильника, что дало основания корреспонденту для каламбура: фонарь - офонарел). Для читателя, не владеющего жаргоном, подобные словечки становятся загадкой, а ведь язык газеты должен быть доступен всем.

Заслуживает порицания и увлечение жаргонной лексикой журналистов, пишущих о преступлениях, убийствах и грабежах в шутливом тоне. Употребление в таких случаях арготических и жаргонных слов придает речи неуместный, веселый оттенок. О трагических событиях повествуется как об увлекательном происшествии. Для современных корреспондентов «Московского комсомольца» такой стиль стал привычным. Приведем лишь один пример.

На Тверской улице в прошлый четверг милиционеры подобрали двух девиц, которые пытались «толкнуть» прохожим видеомагнитофон на золотишко. Выяснилось, что девахи накануне ночью обчистили квартиру на Осеннем бульваре. (...) Заводилой выступала 19-летняя бомжиха...

Тенденция к снижению стиля газетных статей наглядно демонстрируется многими газетами. Это приводит к употреблению жаргонизмов и арготизмов даже в серьезных материалах, а для коротких заметок, репортажей стиль, «расцвеченный» сниженной лексикой, стал обычным. Например:

«А я не уступлю вам коридорчик

В Кремле новый заскок: одарить братскую Белоруссию выходом к морю через Калининград. «Мы собираемся договориться с поляками и получить их согласие на строительство участка магистрали через их территорию», - сказал давеча Президент России». [11;с. 41]

Однако эта «примета времени» не встречает сочувствия у стилистов, которые не одобряют смешение стилей, создающее неуместный комизм в подобных публикациях.

 

2. СТИЛИСТИЧЕСКИЕ СВОЙСТВА МОЛОДЕЖНОГО ЖАРГОНА

 

2.1 Язык рекламного текста

 

Проблема стиля является достаточно разработанной в современном языкознании. Стиль определяется как особая разновидность языка, обслуживающая определенную сферу человеческих отношений и характеризующаяся наличием лексико-фразеологических, и частично синтаксических средств, используемых преимущественно или исключительно в данной разновидности языка. Любой функциональный стиль существует в свою очередь как совокупность жанров.

Функциональный стиль заключает в себе комплекс самых общих черт языка и речи, общую установку использования языковых средств. Реализация же этих средств совершается в жанрах. Вне жанров функциональный стиль существует лишь как абстракция. Вопрос о месте языка рекламных текстов среди функциональных стилей остается открытым. Л.В. Лебедева считает, что едва ли можно соотносить язык рекламы с каким-то одним функциональным стилем и связывать его особенности со спецификой данного стиля. [16; с. 58]

В языке рекламы обнаруживаются приметы различных стилей, но он, несомненно, ощущается как функционально-стилевое единство. Межстилевые воздействия приводят к усложнению его структуры, однако средства различных стилей подчинены в рекламе прямой направленности - воздействовать на отношение читателей к рекламируемому объекту. Т.Н. Лившиц определяет язык рекламы как особую подсистему в рамках публицистического стиля. Подстиль языка рекламы имеет черты сходства и различия с публицистическим стилем. [15; с. 76]

Сходство газетно-журнальной разновидности подстиля языка рекламы и печатной разновидности публицистического стиля определяются общностью таких экстралингвистических факторов, как оперативность, массовость адресата, опосредованный контакт с ним, отсутствие обратной связи. Соотношение стандарта и экспрессии, являющееся конструктивным признаком публицистического стиля в целом, проявляется и в языке рекламы. Суть данного принципа, описанного Ж. Г. Поповой, сводится к следующему:

Язык рекламного текста всегда содержит ряд повторяющихся, унифицированных элементов (стандартов), упорядоченных в результате классификации и отбора, и элементы, этой норме противоречащие. Первые обеспечивают надежное донесение содержательно-информационной стороны высказывания, а вторые связаны с воздействием, исключительностью, эмоциональностью и даже сенсационностью высказывания. [23; с. 51]

Подстиль языка рекламы, считает Т.Н. Лившиц, подобно публицистическому стилю, характеризуется единством двух функций - информирующей и воздействующей, однако общая эмоциональная окрашенность языка рекламы имеет некоторые отличия. Если тексты публицистического стиля могут вызывать весь спектр человеческих эмоций, то рекламное воздействие опирается целиком на положительные оценки и эмоции. [16; с. 77]

Подстиль языка рекламы поддается системному описанию, поскольку для него характерна достаточно узкая сфера использования, однозначность функций и наличие определенных специфических средств выражения.

Е.С. Кара-Мурза рассматривает рекламу как некоторую «гибридную» разновидность языка современной массовой коммуникации, складывающуюся в сфере делового общения (коммерции) и связанную с официально-деловым стилем, а кроме этого, передающую многие способы воздействия, приемы построения текста и языковые средства из а) газетно-публицистического и б) научного стилей. [8; с.34] Исходя из этого считают правомерным говорить о существовании особого рекламного стиля.

Хотя в подходе лингвистов к принципам вычленения функциональных стилей и к самой их номенклатуре нет полного единства, тем не менее по ряду вопросов наметились более или менее четкие позиции, в соответствии с которыми, как правило, происходит выделение и описание той или иной функционально-стилевой системы. Речь идет о так называемых стилеобразующих факторах.

Существует две категории стилеобразующих факторов: собственно лингвистические, представляющие собой взаимосвязь языковых средств, характерных для данного стиля, и экстралингвистические факторы, принадлежащие сфере внеречевой действительности (конситуации общения). Причем приоритет признается за неречевым контекстом коммуникации, так как именно он предопределяет выбор тех или иных языковых средств.

М.Н. Кожина выделяет объективные стилеобразующие факторы, связанные с природой языка-речи, и экстралингвистические факторы, не связанные ни с природой языка, ни со способом проявления в речи. В первую группу входят общественная деятельность; форма общественного сознания, в которой происходит общение; характер и тип творческого мышления. Вторую группу составляют:

а) социальные факторы: профессия, образовательный ценз, возраст, пол говорящих, их семейное положение и т.д.

б) индивидуальные особенности объектов речи: их психические особенности, мотив общения, настроение в момент речи, учет говорящим социального положения собеседника, его отношение к себе и объекту речи, учет реакции на сообщение. Среди стилевых черт, присущих рекламному стилю, выделяют информативность, оценочность, предметную конкретность, обобщенную образность, адресованность, персонифицированность и лаконичность.[10; с. 56] Указанные стилевые черты опираются на спектр экстралингвистических факторов.

Информативность и оценочность обусловлены задачами рекламы, которые заключаются в том, чтобы проинформировать потребителя о рекламируемом товаре и его полезных свойствах. Адресованность и персонифицированность определяют особенности целевой группы данного товара, так как разные потребители нуждаются в различной продукции.

Другой экстралингвистический фактор - условия функционирования рекламы, предопределяет лаконичность рекламного текста, так как он всегда ограничен местом размещения в печатном издании и временем, которое затрачивает не его чтение реципиент. Все общие свойства функционального стиля регулярно и вместе с тем своеобразно повторяются в его жанровых разновидностях. На данный момент система жанров, составляющих стиль печатной книжной рекламы, является достаточно разработанной.

К жанрам книжной рекламы традиционно относят рекламную рецензию (или подборку рецензий), аннотацию, отрывки из рекламируемой книги, цитаты, отзывы читателей, интервью с автором и биографическую справку. Некоторые авторы рассматривают вышеперечисленные жанры лишь как составляющие рекламной рецензии: «Реклама книг, театральных спектаклей чаще всего пишется в жанре рецензии, что обусловлено самим объектом рекламирования.

В отличие от обычной рецензии, в рекламной рецензии допустимы лишь положительные сведения о рекламируемом. В рекламную рецензию часто включаются цитаты из книги, высказывания авторитетных лиц о рекламируемом объекте, мысли авторов книги, создателей кинофильмов и спектаклей». Однако является ли данный перечень завершенным? По-видимому, нет. Рекламный бизнес развивается с огромной скоростью.

Сотрудники рекламных агентств находятся в постоянном поиске новых и новых способов воздействия на потребителей, что делает рекламную продукцию невероятно изменчивой. Этим, по мнению Т.Н. Лившиц, обусловлена сложность изучения рекламы. Поиск новых форм и способов воздействия приводит к постоянному появлению оригинальных жанров, нетрадиционных методов подачи материала. Помимо изменения традиционных рекламных жанров, новаторство обусловливает и модификацию иностилевых жанров, таких как частные письма, телеграммы, официальные документы и т.д. в рекламных целях.

С другой стороны, стиль и жанры его составляющие, как отмечалось выше, отражают формы общественного сознания, типы творческого мышления, которые также не являются константными. Изменения в способах рекламирования неизменно влекут за собой и новые подходы в научном изучении языка рекламных текстов. Современные исследования по лингвистике рекламы провозглашают принцип полисемиотичности рекламного текста, в свете которого он рассматривается как сложное взаимодействие различных семиотических систем.

Л.С. Винарская, рассматривая информационную структуру рекламного текста, также акцентирует его комплексный, поликодовый характер. «Паралингвистические элементы, включающие иконические компоненты (фотографии, рисунки, цвет, макетирование) и графический, в составе которого функционируют параграфемные элементы, вступают в сложное взаимодействие с вербальным компонентом и создают единые информационные комплексы вербально-невербальной природы. [3; с.72]

По этой причине в центре исследования стоит целостный текст, рассматриваемый как система коммуникативных элементов, объединенных в единую замкнутую иерархическую семантико-смысловую структуру общей концепцией или замыслом автора». Соответственно, невербальные компоненты рекламного текста включаются в структурно-композиционный план текста: заголовочный комплекс, иллюстрацию, корпус основного текста, слоган, фирменный знак.

И.Г. Морозова предлагает классификацию визуальных элементов рекламного текста. Среди них автор выделяет: а) иконы. Знаки этого типа характеризуются фактическим подобием означаемого и означающего. б) индексы - знаки, основанные на отношении смежности между означаемым и означающим. в) символы - знаки, в которых связь между означаемым и означающим устанавливается произвольно, по соглашению. [19; с. 132] Паралингвистические средства выполняют различные функции в рамках рекламного текста:

а) стилеобразующую функцию;

б) ритмообразующую функцию (визуальные элементы служат средством зрительной паузации текста и задают ритм прочтения текста);

 в) текстообразующую функцию (участвуют в формировании содержательной и композиционной организации рекламного текста).

 Так, изображение петушка на обложке книги несет информацию о том, что она была издана Bantam Books («bantam» - разг. «петух», «забияка»).

Таким образом, многие исследователи признают существование особого функционального стиля рекламы, выделяю его особенности, близкие к публицистическому и разговорному стилям.

 

2.2 Общие особенности использования жаргонизмов в рекламном тексте

 

Для того, чтобы быть понятым целевой аудиторией, на которую рассчитано рекламное сообщение, необходимо соблюдать одно простое правило: говорить на языке этой целевой аудитории. Для достижения такой цели может быть использована лексика ограниченного, даже сниженного употребления, включающая в себя просторечия, профессионализмы, жаргонизмы, то есть слова, употребляемые определенным слоем людей. Все перечисленные языковые категории относятся к так называемым «тайным», или «секретным» языкам и создаются для закодирования смысла произносимого от «чужака». Но относительно «секретности» жаргона существует и противоположная точка зрения: «Жаргон не является средством изоляции его носителей от «непосвященных», а только отражает специфику занятий, увлечений, привычек, взглядов на жизнь определенного круга людей». Этот момент является спорным и интерпретировать его может по-разному каждый из носителей жаргона.

Жаргонизмы в рекламном тексте в основном используются в качестве выразительных средств для создания эффекта забавы, а, следовательно, для привлечения и удержания внимания реципиента. Таким образом, сообщение обретает необычную форму, повышая к себе интерес. Кроме того, общеизвестно: чем больше реклама нарушает принятые коммуникативные нормы, тем более она привлекает внимание.

В связи с происходящими преобразованиями в современном обществе, историческими и социальными потрясениями произошел настоящий лексический взрыв: отмена цензуры и тотальная демократизация всех сфер жизни привела к вторжению в литературный язык сниженной лексики: молодежного сленга, профессионального жаргона, просторечия. Статус устной и письменной речи стал более подвижным, что привело к размыванию границ между ними. В результате, письменная речь утратила свои позиции литературного нормативного языка, которые были ей свойственны последние 200 лет. Устная же речь стала не просто предметом усиленного внимания, но и усиленного употребления. Жаргонизмы проникли «в речь почти всех слоев населения, что подтверждено различными социологическими исследованиями, зафиксировано научными наблюдениями лингвистов, отмечено многими словарями, в том числе нормативными». Говорящие зачастую «инкрустируют» свою речь такими словами уже не столько с целью настроить собеседников на шутливый лад, сколько воспринимая подобную «инкрустацию» как естественную возможность найти общий язык с окружающими. Это и является истинной причиной стилевой и языковой пестроты как материалов СМИ в целом, так и рекламных текстов в частности.

По мнению Е. В. Медведевой, новый стилистический вкус рекламистов проявляется в интересе к жаргону и разговорным интонациям. И это понятно: таким образом авторам легче реализовать как экспрессивную, так и коммуникативную функцию сообщения. Разговорный тон зачастую – залог эффективного рекламного обращения, рассчитанного на среднего потребителя. Разговорный стиль нам близок, мы им постоянно пользуемся, поэтому-то он обладает огромной воздействующей силой. Все это упрощает изложение, способствует установлению контакта с реципиентом, росту доверия к тексту и каналу его распространения [18; с. 27].

Но все же: реклама, тиражируя жаргонизмы, становится транслятором лексики, ограниченной по сфере употребления. Ведь жаргон следует рассматривать как своеобразное средство экспрессии, принадлежащее к разговорному субъязыку, а, как следствие этого, сохраняющему специфический «привкус»: отчетливо ощутимый оттенок грубоватости, фамильярности, свойственные разговорной речи. И дело не в том, что слова «крутой» или «тусовка» чем-то плохи, нет, они не хуже прочих, а если еще и употреблены к месту, то придают изложению выразительность и эмоциональность. Дело в другом: рискованно, когда такие слова становятся настолько популярными и освоенными СМИ и рекламой, что буквально перешагивают границы жаргона. Поэтому не следует чересчур увлекаться подобными словами. Во-первых, они нередко приводят к неприятию, неосознанию сообщения по той простой причине, что вне пониманания языка нет осмысления целого текста (язык – первоэлемент восприятия излагаемой информации). Во-вторых, излишняя увлеченность жаргонизмами в письменных и устных рекламных текстах ведет к их «замораживанию», поскольку, отрываясь от жаргона, они теряют экспрессию и превращаются, чуть ли не в междометия, мотивацией употребления которых можно считать грубоватое остроумие, излишнюю оригинальность и эпатирующую противопоставленность существующим нормам.

Незнание жаргонной лексики широкими слоями аудитории может привести к возникновению явления «языковых ножниц». Суть данного явления «в том, что при создании текстов массовой коммуникации (а соответственно и рекламы) коммуникаторами используются языковые средства, которые не соответствуют языковым ресурсам реципиентов, принимающих соответствующие сообщения». Чем же это черевато? «Читатели характеризуют незнакомые слова как «что-то плохое» или «что-то хорошее», но и хорошо известным им словам они придают различные, несовпадающие оттенки, в результате чего прочтение слова (выражения) оказывается не только разноокрашенным, но и разносмысленным». Во-вторых, не в каждом случае целесообразно, например, употребление сленга. Далеко не для всякого предмета подходит разговорная форма обсуждения. Неуместность устно-бытовой речи может привести к нивелированию серьезности обсуждаемой темы (например, в рекламе медицинских препаратов, страховых услуг, социальной рекламе).

 

2.3. Анализ использования сленга и жаргона в молодежных изданиях

 

Неотъемлемой частью любого рекламного средства является текст, раскрывающий идею и основной замысел рекламы. Однако слова в тексте могут быть поняты разными людьми по-разному.

Существует реклама, понятная только определённому кругу людей. Для примера возьмем сценарий видеоклипа по ремонту компьютеров и оргтехники.

Изобразительный ряд. Серое утро, с постели вскакивает молодой человек с взъерошенными волосами. Он подбегает к компьютеру, из которого валит дым и идет треск от модема. Молодой человек судорожно хватает записную книжку и, найдя нужный номер, звонит. Через несколько минут на пороге появляется мужчина в светлом комбинезоне, с чемоданчиком в руках и быстро устраняет неисправности. Вербальный компонент сообщения. «Просыпаешься ты утром, а у путера сгорели мозги, умерла мать и повесился момед! И наступает дизастер… Но тот, кто имеет комп, должен знать телефон фирмы «Х». Достаточно набрать номер «ХХ-ХХ-ХХ» и к вам приедет профи, который на месте приведет вашего путера в чувство». Перевод с жаргона: «Просыпаешься ты утром, а у компьютера сгорела память, сломалась материнская плата и модем! И наступает глобальное потрясение… Но тот, кто имеет компьютер, должен знать телефон фирмы «Х». Достаточно набрать номер «ХХ-ХХ-ХХ», и к вам приедет профессионал, который на месте приведет ваш компьютер в нормальное состояние».

Интересными рекламными вариациями на компьютерную тематику являются плакаты томского рекламиста Данилы Ходашинского, неоднократного лауреата фестиваля малобюджетной рекламы «Идея»: «Продаем мать всех видов!» Или: «Продаем писюки всех размеров!» (на компьютерном жаргоне «мать» – материнская плата, «писюк» – персональный компьютер (РС).

В рекламе по продаже автомобилей ВАЗ вместо слогана «ВАЗ – все модели и модификации» целесообразнее использовать жаргон автомобилистов – «ВАЗ – от копейки до десятки». А в рекламе под девизом «Обмен старого автомобиля на новый» ярче звучит фраза: «Заменим ваше корыто на крутую тачку». Это более понятно и близко по духу любому автомобилисту.

Еще один пример (из разработанной Вячеславом Ефремовым (РА «Аншлаг») социальной рекламы, направленной на несовершеннолетних детей, пристрастившихся к алкоголю). Начальный слоган – «Прерви этот цикл! Будь выше этого» – подкрепляется серией рисунков с текстовым комментарием: «Кирнули и вмазали», «Стали луноходами и ежами», «Утром кондратий обнял, замучил трясокун и бодун», «Стали колдырями и дискоболами». В переводе с молодежного жаргона на общедоступный язык это значит: «Выпили», «Стали пьяными, в стельку пьяными», «Утром – большое похмелье, замучило похмелье», «Стали алкоголиками, закоренелыми алкоголиками». Данная реклама тестировалась на фокус-группе и была оценена высшим балом. Обращение точно попало в цель.

Также жаргонизмы могут использоваться в рекламе, направленной на людей разного возраста.

Следует отметить особую активность жаргонизмов в социальной рекламе, рассчитанной на молодежь. Так, на фестивале социальной рекламы в Москве в 2003 г. была представлена серия плакатов «Наркотики?». Авторы Е. Павловская, С. Редин, Г. Чернова пытались дать объяснение, что это такое:

1) «…ну это типа клёва…» Под стилизованным изображением рыбы пояснительная надпись мелким шрифтом: «Этой рыбе наверняка казалось, что она ловит червячка. Но на самом деле поймали ее… Так и с наркотиками: как только ты начнешь ловить кайф, ты уже на крючке у наркобизнеса…»

2) «…ну это полный улёт…» – изображение птицы – «Этой курице расправили крылья и послали в последний путь. Так и с наркотиками: ты теряешь голову, но тебе кажется, что у тебя появились крылья. Помни: это твой безвозвратный «улет».

3) «…ну это типа прикольно…» – изображение бабочки – «Возможно, эта бабочка была шустрее подруг и не побоялась подлететь к игле… Так и с наркотиками: смельчаку может хватить одного укола, чтобы «приколоться» навсегда…»

4) «…ну это типа круто…» – изображение треснутого куриного яйца – «Яйцо, сваренное вкрутую, легко очистить… Так и с наркотиками: первую дозу тебе дадут бесплатно, чтобы ты почувствовал себя крутым. После этого наркоторговцы начнут сдирать с тебя шкуру…»

5) «…ну это типа клева, круто, прикольно и всё такое…» – изображение кружки – «Все больше наркотиков поступает к нам в «живых контейнерах» – желудках и все такое… Извлекают их оттуда с помощью клизмы и ночного горшка… В общем и всё такое! Тебе хочется это попробовать?»

Данная реклама имеете не только достоинства, но и недостатки. Недостатки связаны с не совсем удачным шрифтовым оформлением. Намеренное выделение ключевых слов, на наш взгляд, установит незримую связь между словом «наркотики» и часто употребляемым сейчас модным жаргоном. А кому из современных подростков не хочется казаться «Крутым, клеевым, прикольным»?

Нужно отметить, что наиболее часто молодежные жаргонизмы встречаются в рекламе продуктов питания, особенно в рекламе батончиков и конфет («Сникерс», «Пикник», «M&Ms») и весьма популярных у подростков напитков («Дью», «Пепси», «Кока-кола»).

Примеры:

1. «Сникерс». «Не тормози, сникерсни!» Тормозить – 1) останавливаться; 2) не понимать, не догадываться, отупевать, обалдевать.

2. Конкурс от батончика «Пикник»: в подарок классные наушники-радио!»

Классный – отличный, прекрасный.

3. Конфеты «М&Мs»: «Суперупаковка – веселая тусовка!» Молодежное слово «тусовка» следует понимать как «мероприятие, собрание, предполагающее неформальное общение». Помимо того, сленг трактуется и как: «компания, группа людей, объединенных общими интересами, возрастом, каким-либо делом»; «толпа, большое скопление людей»; «место тусовок, сбора молодежи» (например, дискотека, где разворачиваются события телеролика «М&Мs»); «какое-либо коллективное увеселительное мероприятие, вечеринка». Иногда жаргонное «тусовка» выступает синонимом к более нейтральному «дискотека». На «глобальную дэнс – тусовку «Джинс» приглашала молодежь во время проведения своей ПР-акции компания «РеКом». Организаторы призывали: «Танцуй! Отрывайся!», таким образом «интимизируя» общение с молодежной аудиторией.

4. «Пепси Черри»: «Дикий прикол. Попробуй на вкус!» Так рекламируется напиток поколения Next, видимо, соотнося новый сорт «Пепси» с одним из значений молодежного словечка «прикол».

Прикол – что-либо смешное, остроумное, интересное, шутка, анекдот, свежая новость. «Новый «Cheetos» – цветной прикол!» (реклама чипсов) и «Приколись! Воскресенье – день смеха на ДТВ!» – еще два примера, использующих данный жаргонизм в различных модификациях.

5. В ответ на рекламу своего конкурента («Пепси») «Кока-кола» создает следующий слоган: «Вруби по новому, вишневому!»

Врубить – «включить, завести». Компания и ранее использовала жаргонизмы в своих слоганах. Вспомним, например, «Кто не знает, тот отдыхает» («Арсикола»), «Вруби свой драйвер» («Спрайт»), «Зажигай!» («Фанта вкус лайма»).

6. Для придания игровой составляющей сообщению рекламисты используют молодежный жаргонизм «фишка» в рекламе сельди «Раптика» (слоган звучит как: «Лучшая фишка на Вашем столе!», а одна из задействованных в рекламе фраз: «Фишка в банке»). Обыгрывается и написание слова «фишка» английскими буквами («fishka»), где первый слог «fish» в переводе означает «рыба». Фишка как сленг – какая-либо специфическая черта чего-либо, тенденция – самое главное, суть, соль чего-либо. Опрошенные нами студенты предложили такие определения слова: нечто вызывающее интерес, уникальное качество чего-либо, изюминка.

7. «Новое клевое место» (оптовая торговля свежемороженной

рыбой – фирма «ЛЛК»).

«Клевое место» (название магазина для рыболовов), – подобный пример приводит и Т.Г. Никитина в своем словаре молодежного сленга. Она же определяет слово «клевый» как «хороший, отличный, прекрасный, вызывающий одобрение». Жаргонизм «клевый» в приведенных случаях буквализируется в форме прилагательного, образованного от рыболовного определения «клев».

8. Встречаются и жаргонизмы в рекламе товаров, нацеленных не только и не столько на молодежь. Например, в рекламе фильтров «Instapure» полисемичный слоган «Фильтруешь?», двояко трактуемый как нейтральное «Используешь фильтр?» и сленговое «Соображаешь?», устанавливает даже причинно-следственную связь между двумя значениями: «Если соображаешь, то используешь фильтр».

9. Серия роликов «Альфа-банка», проходившая под девизом «С каждым клиентом мы находим общий язык!», использовала профессиональный сленг программистов, молодежный сленг. Помимо того был употреблен просторечный язык, принадлежащий простому работяге («Я колымлю, а Нинка моя…тьфу! Я тут покумекал – и к Вам!») и созданный на основе анекдотов сленг чукчи («Когда моржа большой, чукча довольный. – У нас моржа всем моржам моржа! Твоя какую деньгу хотеть? Зеленую или вторую» (евро)?)

10. фотоаппарат «Кодак КЕ»: «Закадри». В жаргонном слове «закадри» графически выделен формант «кадр», являющийся связующим звеном между самим рекламируемым товаром и слоганом.

Закадрить – «привлечь чье-либо внимание, познакомиться с кем-либо».

11. шампунь «Head&Shoulders»: «Он накроет тебя ураганом улетной свежести».

Улетный – доставляющий наслаждение. Жаргонизм «улетный» в данном тексте относится к начертательному, или графикоорфографическому способу идентификации сленга за счет специальных знаков – кавычек или курсива (в данном случае – курсива).

12. «Слабо потерять голову? Слабо посидеть по-царски?» (водка «Царская»). Такой вызов бросают любителям горячительных напитков авторы рекламы.

Или: «Неслабые коктейли «Браво».

Но лидером по использованию жаргонизмов в своих сообщениях можно смело назвать рекламы ночных клубов и дискотек. Они предлагают не только «оторваться», но и «поколбасится» (весело провести время), «улететь» (испытать наслаждение, получить удовольствие от чего-либо), «тереться по парам».

Таким образом, рассмотрев использование жаргонизмов в рекламных сообщениях, мы пришли к выводу, что реклама ориентирована на различную аудиторию, которая делится по возрастному и профессиональному признаку. Чаще используются молодёжные жаргонизмы, а также жаргон преступного мира, которые взаимосвязаны, то есть, жаргонизмы преступного мира проникают в молодёжный сленг и позже становятся нормой употребления в этой среде. В рекламе данные разновидности жаргонной лексики используются для привлечения внимания различных целевых аудиторий, а также для придания экспрессивности сообщению. Известно: чем больше реклама нарушает принятые коммуникативные нормы, тем более она привлекает внимание. Некодифицированная лексика может использоваться для усиления негативной оценки описываемых фактов.

Однако использование жаргонизмов в рекламе требует вдумчивого обращения с ними. Их можно употреблять только в той рекламе, которая направлена на определенную группу целевой аудитории. Жаргонизмы могут быть введены в рекламный текст только с определенной целью, например в качестве выразительных средств, но делать это следует осторожно, с пониманием целесообразности и уместности такого применения в каждом конкретном случае.

Существуют примеры неудачного использования жаргонизмов в рекламном тексте. Например в рекламе «СКБ-Банка»:

«Очкуешь, товарищ?

С наличкой тревожно?

Сделай же вклад

В банке надежном!» [24].

Несмотря на шуточную привязку слова «очкуешь» к изображенному на билбордах и растяжках мужчине в очках, истинный смысл слова доходит до большинства зрителей, вызывая настоящее негодование.

С литературной точки зрения слово «очкуешь» является разговорно-сниженным и содержит отрицательную коннотацию. «Согласно словарю жаргона, уголовное, пренебрежительное слово «очковать» означает «испытывать страх, бояться чего-либо». Оно восходит от выражения «очко играет» и «очко», что само по себе уже не нуждается в пояснениях, означая либо анальное отверстие, либо отхожее отверстие в полу».

На наш взгляд, такое слово может положительно сработать лишь на определенный социальный слой - молодых людей, близких к тюремной субкультуре. У других же слоев населения столь грубый жаргон может вызвать лишь отрицательные ассоциации с объектом рекламы (Словарь Ушакова приводит и нежаргонное значение слова «очковать», однако оно оказалось столь же далеким от мира финансов: Очкую, очкуешь, несов., (сад.). То же, что колировать, прививать очком, глазком).

Негативные эмоции по отношению к спорной рекламе выплеснулись и на городских форумах Екатеринбурга. В частности, посетители портала E1 уже практически написали рекламный сценарий для «нового» СКБ-банка. Так, один из форумчан предлагает «нанять им промоутеров: крепких чиста пацанов, с отсутствием шеи, в кожаной куртке и с качественной распальцовкой. Суть акции проста: все встают в длинный ряд на Вайнера, а каждому проходящему громко говорится речевка: «Эй, ты... Слышь, типа... бабки в долг и все такое...» [26].

Итак, жаргонизмы определенной целевой аудитории позволяют рекламисту донести до потенциального потребителя нужную информацию, в необычной понятийной форме. Реклама, в которой используется жаргон целевой группы, более эффективна по сравнению с рекламой, где рекламный текст состоит из обычных деловых «сухих» слов и фраз.

Клише не привлекает внимание потребителей рекламы. Их привлекают яркие, необычные, но в тоже время понятные слова и выражения – жаргонизмы. Люди охотнее откликаются на разговорный стиль. И если у рекламиста имеется горячее желание попасть в намеченную цель, жаргонизмы – одно из действенных средств.

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

В ходе данной курсовой работы мы обозначили особенности использования жаргонизмов в рекламе, проанализировали употребление жаргонной лексики в материалах рекламных сообщений.

В практической части данной курсовой работы мы проанализировали употребление жаргонной лексики в материалах рекламных сообщений и пришли к выводу, что уровень использования такой лексики в данных материалах повысился. Это связано с тем, что реклама стремится быть более понятной и «услышанной» любыми целевыми аудиториями, что приведёт к привлечению внимания этих аудиторий к сообщениям адресанта. Жаргонизмы позволяют сообщению обрести необычную форму, повышая интерес к нему. Известно: чем больше реклама нарушает принятые коммуникативные нормы, тем более она привлекает внимание. Чаще они используются в текстах, адресованных молодой аудитории. С помощью жаргона легче реализовать как экспрессивную, так и коммуникативную функцию сообщения.

Таким образом, гипотеза о том, что жаргонизмы в рекламной сфере деятельности человека используются для придания экспрессивности текста, а также для привлечения внимания аудитории, подтвердилась.

Однако при использовании жаргонизмов необходимо соблюсти закон уместности. Реклама, тиражируя жаргонизмы, становится транслятором лексики, ограниченной по сфере употребления. Ведь жаргон следует рассматривать как своеобразное средство экспрессии, принадлежащее к разговорному субъязыку, а, как следствие этого, сохраняющему специфический «привкус»: отчетливо ощутимый оттенок грубоватости, фамильярности, свойственные разговорной речи. Поэтому не следует чересчур увлекаться подобными словами. Излишняя увлеченность жаргонизмами в письменных и устных рекламных текстах ведет к их «замораживанию», поскольку отрываясь от жаргона, они теряют экспрессию и превращаются чуть ли не в междометия, мотивацией употребления которых можно считать грубоватое остроумие, излишнюю оригинальность и эпатирующую противопоставленность существующим нормам.

 

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

 

  1. Авдеенко, И. А. Структура и суггестивные свойства вербальных составляющих рекламного текста / И. А. Авдеенко. - Барнаул: Изд-во Бийс. пед. ун-та, 2001. - 23 с.
  2. Блинкина-Мельник, М. М. Рекламный текст / М. М. Блинкина-Мельник. - М.: ОГИ, 2004. – 42 с.
  3. Винарская, Л.С. Информационная структура рекламного текста / Л. С. Винарская.- М., 1995. – 145 с.
  4. Горлатов, А. М. Функциональный стиль рекламы / А. М. Горлатов. - Минск: Изд-во Минск. лингв. ун-та, 2002. - 34 с.
  5. Денисон, Делл. Учебник по рекламе / Д. Денисон. - Минск: СЛК, 1996. - 320с.
  6. Имшинецкая, И. Жанры печатной рекламы или сундук с идеями для копирайтера / И. Ишминецкая. - М.: РИП-холдинг, 2003. – С. 28
  7. Имшинецкая, И. Креатив в рекламе/ И. Ишминецкая. - М.: РИП-холдинг, 2004. - 174 с.
  8. Кара-Мурза, Е.С. Культура русской речи в рекламной деятельности //Журналистика и культура русской речи / Е. С. Кара-Мура. – М., 1996. Вып. 4. – С. 34-61.
  9. Кеворков, В. В. Слоган: практическое руководство / В. В. Кеворков. - М.: РИП-холдинг, 2005. - 155 с.
  10. Кожина, М. Н. К основаниям функциональной стилистики / М. Н. Кожина. - Пермь : Б. и., 1968. – 187 с.
  11. Колесина, В. В. О некоторых особенностях игры слов в рекламном и публицистическом тексте / В. В. Колесина // Вестник Моск. ун-та. Сер. 19, Лингвистика и межкультурная коммуникация. - 2002. - N 3. - С. 39-49.
  12. Костина, А. В. Эстетика рекламы / А. В. Костина. - М.: Вершина, 2003. – 115 с.
  13. Кохтев, Николай Николаевич. Стилистика рекламы / Н. Н. Кохтев. - М.: Изд-во Моск. ун-та, 1991. – 232 с.
  14. Кромптон, А. Мастерская рекламного текста / А. Кромптон. - Тольятти: Издательский дом Довгань, 1995. – С. 25
  15. Лебедева, Л.В. Особенности функционирования языка в печатной рекламе / Л. В. Лебедева. - М., 1980. – 158 с.
  16. Лившиц, Т.Н. Специфика рекламы в прагматическом и лингвистическом аспектах / Т. Н. Лившиц. - Таганрог: Б. И., 1999. - 76 с.
  17. Медведева, Е. В. Рекламная коммуникация / Е. В. Медведева. - М.: Едиториал УРСС, 2004. - 278 с.
  18. Медведева, Е. В. Рекламная пропаганда, или "Почем опиум для народа?" / Е. В. Медведева // Вестник Моск. ун-та. Сер. 19, Лингвистика и межкультурная коммуникация. - 2003. - N 1. - С. 22-35.
  19. Морозова, И. Рекламный сталкер. Теория и практика структурного анализа рекламного пространства / И. Морозова. - М. : Гелла-принт, 2002. – 212 с.
  20. Морозова И. Слагая слоганы / И. Морозова. - М.: РИП-холдинг, 2004. - 173 с.
  21. Облакова, С. В. Психологическая эффективность печатного рекламного текста: понятие и проблемы измерения / С. В. Облакова // Маркетинг и маркетинговые исследования в России. - 1999. - N 4. - С. 23-26.
  22. Ожегов, С. И. Толковый словарь русского языка / С. И. Ожегов. – М., 2006.
  23. Попова, Ж. Г. Как написать эффективный рекламный текст / Ж, Г. Попова // Маркетинг в России и за рубежом. - 2001. - N 5. - С. 50-53.
  24. Портал Екатеринбурга
  25. Постнова, Т. Е. Прецедентные тексты в печатной рекламе / Т. Е. ПОстнова // Вестник Моск. ун-та. Сер. 19, Лингвистика и межкультурная коммуникация. - 2001. - N 2. - С. 106-116.
  26. Сайт «СКБ-банка»
  27. Скоробогатько, В. Возможности «третьего» формата / В. Скоробогатько // Журналист. - 2005. - N 4. - С. 84-86.
  28. Сметанина, С. И. Медиа-текст в системе культуры / С. И. Сметанина. – СПб: Михайлов, 2002. – 382 с.
  29. Субботенко, С. Р. Рекламный план. Товар. Газета. Результат: Практическое пособие / С. Р. Субботенко. - М.: Гелла-Принт, 2000. - 256 с.
  30. Ушаков, Д. Н. Толковый словарь русского языка / Д. Н. Ушаков. – М., 2001.
  31. Шатин, Ю. В. Построение рекламного текста / Ю. В. Шатин. - М.: Бератор-Пресс, 2003. - 128 с.
  32. Шуванов, В. И. Психология рекламы / В. И. Шуванов. - М.; Ростов-на-Дону: Рос. гос. торгово-экон. ун-т: Феникс, 2003. - 315 с.